Ильенков Эвальд Васильевич
Шрифт:
Если же схема все-таки осуществляется, будучи скорректированной противодействием, то вот этот процесс и есть процесс, в ходе коего только и «существует» (возникает) ПСИХИКА, «сознание», как представленность формы вещи — в живом действии, отразившемся от предмета — в самое себя.
Это необходимо изобразить вполне наглядно. Предмет «возникает» в сознании как нечто ПРОТИВОСТОЯЩЕЕ действию, как GEGENSTAND. Вот в чем смысл тирады Шеррингтона. Фихте!
ОБРАЗ и есть СХЕМА, скорректированная формой препятствия ее осуществлению. Представленность формы предмета в форме действия, отражение. Когда предмет не оказывает никакого сопротивления действию, реализации схемы, от и не «отпечатывается» в ней.
Муха, бьющаяся о стекло. Инстинкт — движение по прямой, сознание — траектория, изогнутая в согласии с формой препятствия.
Рассмотрим «черепаху» Уолтера Грея [12] , эту ситуацию моделирующую. Механизм тут — эффектор-рецептор: одновременное действию противодействие, — напряжение, возникающее внутри этой системы.
Механический образ «сознательной воли» у Фихте — образ ПРУЖИНЫ. Пока она развертывается в пустоте, внутри нее самой не возникает никакого напряжения, напротив, «внутреннее напряжение» как раз и уменьшается — это и есть «чувство освобождения». Чувство же противодействия ее «свободному» распространению — чувство препятствия.
12
Уолтер Уильям Грей (1910) — английский нейрофизиолог. В 1931 окончил Кембриджский университет. Один из основателей электроэнцефалографии и пионер робототехники. Открыл дельта-ритмы, альфа-ритмы, а также тета-ритмы, сопровождающие эмоциональные реакции. Автор моделей нерва и центральной нервной системы, изобретатель первых простейших кибернетических самообучающихся моделей, первых биоморфных роботов, которые он чал создавать в конце 1940-х — начале 1950-х гг. (т. н. «черепашки Уолтера»). Это были самодвижущиеся, внешним видом и медлительностью действий напоминающие черепаху, электромеханические и светочувствительные тележки, способные не только действовать по жестко заданной программе, но и с учетом простейших условий среды, внешних обстоятельств. На русский язык переведены статья Уолтера «Электрическая активность головного мозга» (Физика и химия жизни. М.: ИИЛ, 1960) и монография «Живой мозг» (М.: Мир, 1966).
Форма предмета отпечатывается в субъекте = в «изгибании» траектории его движения. Вода, ОБТЕКАЮЩАЯ камень. Рисунок русла — рисунок неодолимых для течения воды препятствий.
ОБРАЗ — не «призрак», не «субъективное состояние», интроспективно фиксируемое мозгом в себе самом. Образ — это форма вещи, отпечатавшаяся в теле субъекта, в виде того «изгиба», который внес в траекторию движения тела субъекта ПРЕДМЕТ, «объект», — это представленность формы предмета в форме траектории движения субъекта, субъективно испытываемая им как «вынужденное» — «несвободное» — изменение в схеме рефлекторно-осуществляемого движения.
У Прибрама — это «призрак» уже потому, что ОБРАЗ сразу же фиксируется как «состояние мозга», в то время как это лишь способ кодирования «образа» на «языке мозга», а вовсе не сам образ.
ОБРАЗ — в реальном теле реального субъекта, — там он и «локализуется», — сначала как событие «на границе» рецептора и предмета, — но предмет-посредник реально выступает как часть тела субъекта, а не как часть тела предмета, — палка в руках слепого, зонд в руке хирурга, — поскольку он осуществляет схему действия субъекта и реально — в действии — находится «по эту сторону субъекта», а не «по ту».
Поэтому-то и «ощущение» препятствия СДВИГАЕТСЯ на кончик палки, — «образ» рисуется кончиком палки, а не на ее рукоятке, — мозг управляет тут движением КОНЧИКА палки (кисти, карандаша, отвертки), — ибо именно он описывает КОНТУР ПРЕДМЕТА, а не рукоять.
Поэтому-то ОБРАЗ и есть наделенный «самочувствием» контур самого предмета рецепции, его геометрическая форма, а не контур движения кисти руки, держащей палку-зонд. Тем более — не «пространственный рисунок события внутри мозга», «в нервной системе».
Именно поэтому ОБРАЗ есть субъективно-данная форма вещи, а вовсе не внутреннее состояние моего тела, иллюзорно относимое к вещи, ложно переживаемое как ФОРМА ВНЕШНЕЙ ВЕЩИ.
Это именно форма ВНЕШНЕЙ вещи, копируемая действием рецептора-эффектора, и потому «переживаемая» именно там, где этот образ и существует («возникает»).
ОБРАЗ не «локализуется» мозгом в точке физического контакта рецептора с поверхностью предмета, а ВОЗНИКАЕТ (и существует) там с самого начала, и мозг его там и «переживает».
Он возникает в точке соприкосновения «кончика» рецептора — с поверхностью предмета, коей он касается, — и испытывается именно как факт сопротивления поверхности — движению кончика тела субъекта. Он — там. «Там» он и переживается. Именно там, где существует.
«Испытывает» реальное сопротивление поверхности не мозг, а именно система МОЗГ — РЕЦЕПТОР, система «мозг — кисть руки», или, если кисть держит свое искусственное продолжение, — то там, на конце зонда. Именно конец зонда, а не рукоять, непосредственно описывает форму вещи, контур ее поверхности — как контур своей собственной траектории по форме предмета.
И «ощущает» вовсе не мозг, а кончик рецептора. Образ это именно форма вещи, активно воспроизводимая действием «кончика» рецептора в самый момент его действия, его движения, «скользящего» по внешнему контуру.
Поэтому нет и не может быть «образа» пустого пространства, — пустое пространство не оказывает сопротивления, потому — не ощущается, — а «ощущается» лишь «свобода самого действия», — отсутствия препятствий.
Перемещаюсь «я» в пустом пространстве или остаюсь в покое — это неразрешимый для «самочувствия» — для интроспекции — вопрос.