— Нет-нет! Нет, не плачь! — взвизгнул демон, и тело женщины конвульсивно дернулось.

В следующую секунду она ненадолго вышла из транса — и опять впала в прежнее состояние, успев лишь сказать:

— Слезы Марии — вот все, что нужно.

Экзорцист чувствовал радость: Дева Мария рядом, она помогает. Не откладывая, он начал читать «Аве Мария». Молитву Богородице подхватили все, кто был в комнате, даже лежащая на столе женщина. Но экзорцист почему-то знал, что его работа не окончена: демон лишь на время затаился, позволяя жертве читать молитву.

— Повторяй за мной: Отче небесный, ты мой создатель, я почитаю тебя, — велел экзорцист, обращаясь к демону.

Женщина забилась в крике.

— Нет! — зарычал демон. — Я не стану этого говорить! Я не могу, это неправильно!

Экзорцист чувствовал, что демон слабеет. Попросив всех в комнате стать на колени, он нараспев произнес:

— Отче небесный, ты мой создатель, я почитаю тебя.

Присутствовавшие дружно повторили его слова.

Демон произнес:

— Нет и нет, пусть они хоть все станут на колени — и та, что в белом, и другая, в черном, и эта, маленькая…

Однако когда демон сказал: «Она, она — она тоже опустилась на колени!», экзорцист уловил в его голосе благоговейную ноту.

Пора. Демон готов сдаться, подумал экзорцист.

— Именем Иисуса Христа приказываю тебе повторить мои слова!

Хотя женщина сопротивлялась, из ее горла с трудом проскрипело:

— От-че… небе-сный… ты… мой… созда-тель… я… почитаю тебя…

Чувствуя прилив восторга, экзорцист тем не менее заставил демона дважды повторить фразу. Он понимал, что дело еще не кончено. Когда демон наконец замолчал, экзорцист прочел вслух заключительную строфу из благодарственной молитвы, произносимой после причастия: «Через Него, и с Ним, и в Нем, Тебе Богу Отцу Всемогущему в единстве Духа Святого всякая честь и слава, во веки веков».

— Унижение это совершилось не по воле твоей, но во славу Господа и по воле Его, — ответил демон и добавил, обращаясь к экзорцисту: — Будь ты проклят.

— Che Dio sia benedetto, — не дрогнув, произнес экзорцист. — Во славу Господа.

— Ладно, я ухожу, но ты точно проклят, — презрительно бросил демон. — Вы все будете страдать до конца дней своих!

При упоминании слова «экзорцизм» многие вспоминают кадры из голливудских фильмов, на которых молодые девушки то бредят, то бьются в конвульсиях, исторгая; потоки зеленой рвотной массы. В реальной жизни редко встречаются сцены, до такой степени зрелищные или напоминающие действо, описанное в начале этой книги. Наоборот, экзорцизм — дело довольно рутинное и скорее похожее на визит к стоматологу, с непременным сидением в комнате ожидания и положенными в таких случаях талончиками на следующее посещение. Лишь немногие осознают, что конкретно происходит в ходе ритуала изгнания дьявола. Кстати, это утверждение справедливо и в отношении католических священников, многие из которых успели позабыть о существовании обряда экзорцизма.

Этот термин представляет собой экклезиастическое определение, восходящее к греческому понятию «exorkizo», что означало «связывать клятвой» или «настойчиво требовать». Во время экзорцизма демону именем Господа предъявляется требование оставить любые действия в отношении определенной личности или определенного места. В понимании католической церкви экзорцизм — строгий обряд, который проводится священником, получившим это право от своего епископа. В древние времена у ранних христиан обряд изгнания дьявола имел важное значение для привлечения новообращенных и доказательства истинности веры. Изначальная сила обряда исходит от Иисуса Христа, изгонявшего дьявола несчетное число раз (что подробно описано в Новом Завете) и затем научившего этому своих апостолов.

Многие в католической церкви считают обряд изгнания дьявола неким реликтом, доставшимся от времен, когда болезни вроде эпилепсии или шизофрении считались проявлением дьявольской сущности. Такой подход видится вполне оправданным в свете величайшего прогресса современной медицины, открытий в области неврологических и психических болезней, а также успехов психоанализа и других подобных достижений.

Непонимание важности обряда во многом связано с природой самого экзорцизма, а также с современным восприятием атрибутов дьявольской сущности, отражающих скорее фольклор, чем теорию. Что такое дьявол? Зверь с рогами и наполовину козлиным телом, среди ночи похищающий невинных девушек? И что такое дьяволицы, рыщущие в поисках очередной жертвы и легко меняющие облик в погоне за людскими душами? Понятно, что ввиду отсутствия семинарского курса по демонологии священники в массе своей не придают большого внимания всему, что связано с экзорцизмом.

На самом деле в центре проблемы находится само понятие зла. Представляет ли зло физическую реальность — то есть падшего ангела, которого называют Сатаной? (Так гласит Катехизис католической церкви — небольшая по формату, но весьма увесистая книга объемом 900 страниц.) Возможно, это просто недостаточность добра или неспособность человека жить в соответствии с благими установлениями Создателя?

Не желая отворачиваться от богатой истории, тесно ассоциированной с верой, многие священники разделяют современный взгляд на дьявола как на метафору зла. Остальные вполне доверяют традиционным представлениям, предпочитая их не обсуждать. Находятся и священники, занимающие самую крайнюю позицию и вообще отрицающие существование дьявола.