– Совсем обалдел!? Отпуск же даётся только по личному распоряжению императора. Ты серьёзно надеешься его получить?

– Да, я верю в благосклонность своего императора, - ответил я, накладывая на тетиву очередную стрелу. Мой жест не укрылся от капитана, и тот с заметным волнением замахал на меня руками.

– Хорош стрелять, ты мне всю стену испортишь, а то ещё и голову повредишь. Давно в каземате не сидел?

– У тебя она и без меня давно повреждена. А от этой тоски, крови и нервотрёпки с магами у меня скоро руки трястись начнут, - третья стрела легла на цель и впилась на палец над головой Курта. Тот даже чуть-чуть втянул голову в плечи, хотя особых эмоций на его лице всё равно не отразилось.

– Да ладно, брось! Все мы тут из одной миски едим.

– Ой ли, из одной? А кто для вас тут магов укрощает, к кому бегут, как только нового из Академии присылают? К тебе что ли? А знаешь, как это волнительно - выходить на дуэль с магом, даже не представляя себе, что он ещё такое учудит?
– с этими словами я наложил на тетиву ещё одну стрелу.
– Ты же не хочешь, чтобы у меня начали трястись руки, Курт?

– Я тоже дерусь на дуэлях с магами. Согласен, не так часто, как ты. Э-э..., убери лук, ополоумел совсем, что ли? Давай лучше своё прошение.

Я протянул капитану прошение, тот прочитал, и его глаза поползли на лоб.

– Собираешься ЭТО направить императору? Да он тебя за такую наглость просто разжалует! Зачем ты в прошении-то указал про охоту?

– Не кипятись, Курт, я предпочитаю быть честным со своим Императором. Не тебя же будут разжаловать, если что? Жалко тебе, что ли для боевого товарища?

– Ладно, ладно, уговорил. Вот, - капитан протянул мне засвидетельствованный им документ.
– Только как ты будешь отправлять его в императорскую канцелярию? У нас же опять нового мага прислали, он гусем ходит, ни с кем не говорит, даже ко мне только по форме обращается.

– Как обычно, приведу ему железные аргументы, - я с любовью потрогал рукояти парных мечей за спиной.

– Ну, дерзай. Удачи тебе, Вереск! Твоя настырность всегда меня восхищала, может и здесь чего-то добьёшься.

– Поменьше слов, побольше дела. Начинай готовиться к грандиознейшей пьянке.

– Когда?

– Думаю, через пару дней всё и решится.

– А если нет?

– Тогда всё равно пьянке быть, только с горя, - грустно ответил я, заглядывая в глаза товарища.

– Сразу бы так, а то надоели ему, понимаешь, пьянки. Ладно, проваливай.

Попрощавшись, я вышел из кабинета капитана и направился на приём к магу. Меня только неделю назад перекинули в этот гарнизон, как всегда писалось в бумагах в таких случаях, "для усиления". Что я тут должен был усиливать, понятно не было. Однако Курта знал давно, да и ребят много осталось старых, ещё со времён, когда я последний раз этот гарнизон "усиливал". А вообще, в Веронской империи, офицером которой я служил, офицеры и унтер-офицеры долго на одном месте не сидели, практиковались постоянные переводы из гарнизона в гарнизон. Считалось, это повышает боевые качества как самого переводимого, имеющего возможность постоянно учиться (у различных наставников и у новых сослуживцев), осваивать новые территории приграничья, так и гарнизонов, куда постоянно поступает свежая кровь. Круговая порука, опять же, складываться не успевала. А ещё такой порядок здорово скрашивал тоску службы, позволял военным не закисать в своих коллективах и прививал им умение быстро сходиться с новыми людьми, общительность.

Магом у нас оказался совсем ещё щенок, даже усы расти только-только начали. И вообще, был он весь какой-то щупленький, тоненький, так что алый плащ мага со стороны точно вышагивал сам по себе, без хозяина. Чудо это обитало в магической лаборатории, на самом верху центральной башни форта. Но, как справедливо заметил Курт, вело себя подчёркнуто официально, не спеша сходиться с воинским коллективом.

Вообще, меня всегда поражало, почему маги имеют столько гонора и так свысока относятся к воинам. Неужели их в Академии не просвещают, что без воина маг в боевых условиях - просто пшик? Непонятно было и само стремление магов уединяться, отбиваться от коллектива. Нас, офицеров и солдат, всегда готовили именно к коллективной жизни, неужели маги во время учёбы не проходят подобной суровой школы? По всему выходило, что их так и приучали в Академии к крайнему индивидуализму, то ли внушая их исключительность, то ли поселяя по одному-двое во время учёбы.

Наш маг, когда я к нему зашёл без стука, был занят чрезвычайно важным делом. Сначала мне показалось, что он ковыряет в носу, но, присмотревшись, я понял, что он что-то держит между пальцами, разглядывая. При виде меня, маг тут же убрал это что-то в складки плаща и нахмурил брови. Смотрелось это в высшей степени потешно.

– Что вы себе позволяете, лейтенант? Почему без стука?
– ещё более потешно пробасил маг. Вернее, это он думал, что изображает сильный голос, на самом деле "бас" был сильно разбавлен дребезжащим звуком, напоминающим скрежет.

– Да ладно вам, господин маг. Здесь все свои. Тем более, вы на рабочем месте, а не в опочивальне. Или, быть может, вы на службе занимались личными делами, и я ненароком отвлёк вас? Тогда позвольте принести вам свои искренние извинения.

Маг предпочёл проглотить скрытую в моих словах издёвку, по всему выходило, что он в самом деле был занят какими-то своими личными делами. В любом случае, он решил не развивать скользкую тему своих личных занятий в служебное время.