Многие люди чрезвычайно удивляются тому, что мои дети говорят с ними по-английски, после чего мгновенно переключаются на итальянский во время общения с моим мужем, а со своей бабушкой болтают по-немецки. Мне часто задают вопрос: «Как вашим детям удается так легко общаться на нескольких языках?»

«Мои дети живут в многоязычной среде, – отвечаю я. – Они к такому привыкли». Все это, конечно, верно, однако совершенно не раскрывает хитрых нюансов данного вопроса.

Решение о том, что дети должны говорить на нескольких языках, принимают родители. Это всего лишь одна из многочисленных проблем, с которой сталкивается любая семья. Сперва родители собирают среди друзей, у специалистов, а также из книг, журналов и интернета всю необходимую информацию. После этого они принимают оптимальное решение и разрабатывают план действий, чтобы его осуществить.

О том, чтобы вырастить своих детей двуязычными, я задумалась, когда была беременна нашим первым ребенком. Я сама родилась в Англии и в детском возрасте освоила четыре языка. Мой муж-швейцарец говорит на пяти языках. Я задала себе вопрос: «Сколько языков могут освоить наши дети?»

Я работала педиатром, специализировалась на вопросах детского поведения и развития и проживала в США. Я была уверена, что смогу найти всю необходимую информацию, чтобы сделать для своих детей правильный выбор, который позволил бы им вырасти двуязычными или даже способными говорить на большем количестве языков. Я работала в крупной больнице Бостона и имела доступ к логопедам, специалистам в вопросах образования, детским психологам, а также к самой последней научной информации в области детского развития.

Однако через некоторое время я поняла, что по вопросу двуязычности существуют весьма противоречивые мнения. Часть экспертов очень положительно относится к тому, чтобы дети росли в двуязычной среде, а часть убеждена, что такая ситуация способна запутать ребенка и сбить его с толку. Другими словами, информация, полученная мной, оказалась столь же противоречивой, как и та, которая была доступна пациентам моей больницы.

Такое положение дел меня крайне удивило. Я знала, что в наше время около двадцати процентов американских детей растет в двуязычных семьях, и точно так же, как и многие другие родители, чувствовала, что было бы правильно дать ребенку возможность выучить более одного языка. В результате я решила серьезно исследовать вопрос воспитания детей в двуязычной среде. На протяжении последних десяти лет я имела возможность увидеть, как это происходит в моем собственном доме, наблюдая, как дети постигают несколько языков, а также по работе сталкивалась со многим семьями, находившимися в подобной ситуации.

Я надеюсь, что эта книга станет для вас началом увлекательного путешествия. Спешу вас заверить, что мы с мужем сначала испытывали сомнения и неуверенность, которые, возможно, чувствуете сейчас и вы. Мы не были уверены в том, что у нас все получится именно так, как мы планируем. Однако мы отбросили сомнения и решили, что муж станет говорить с детьми по-итальянски, а я – по-английски. (Подобный метод обучения называется «Один родитель – один язык» и подробно описан в главе о третьем шаге .) Замечу, что муж не был уверен в том, что сможет разговаривать с детьми только по-итальянски. Не исключено, что у вас похожая ситуация: он не находился в кругу семьи, члены которой общаются исключительно на этом языке, да и вообще не использовал его регулярно в своей каждодневной жизни. Я надеюсь, что наш пример придаст вам решимости. Мы сами были очень удивлены тому, как быстро смогли «войти в колею» и какое удовольствие стали получать от общения. Сейчас нашим детям исполнилось одиннадцать и девять лет, и с отцом они общаются только по-итальянски. Мне крайне приятно наблюдать за тем, как они болтают на языке, на котором не говорит практически никто из наших близких. Благодаря этому между детьми и их отцом возникла связь, которая стала гораздо глубже, чем просто общение на одном языке. Когда мы едем в деревню, где вырос мой муж, кажется, что детей переполняет гордость от осознания своих корней.

Я общаюсь с детьми только по-английски. Я говорила с ними на этом языке даже тогда, когда мы жили в неанглоязычной стране. Между собой мы с мужем обычно общаемся на французском. Крайне занятно было наблюдать, как дети воспринимают этот язык. Однажды вечером муж сказал мне по-французски: «Он выглядит совсем уставшим. Пора укладывать» (наш сын тогда был совсем маленьким), на что ребенок незамедлительно заявил на английском: «Я ничуть не устал!» Как видите, в нашей семье нет языка общения, который бы наши дети не знали. Сейчас дети понимают французский и способны произнести простые фразы на этом языке (на феномене пассивного изучения языка я подробно остановлюсь в описании первого и второго шагов).

В ходе научных исследований и во время общения с пациентами, знакомыми и друзьями я поняла, что вне зависимости от происхождения и личного опыта люди придерживаются твердых взглядов на двуязычность, которые сложно изменить. Это понятно, ведь язык, на котором мы мыслим и общаемся, во многом определяет личные и политические взгляды. В первой главе я рассматриваю многочисленные мифы и неверные представления об отрицательных сторонах воспитания ребенка двуязычным. Даже проходящие в нашей больнице практику специалисты-педиатры зачастую удивляются, когда я говорю, что двуязычность не только совершенно естественна (большая часть населения планеты двуязычна), но и играет положительную и стимулирующую роль для развития детского мозга.

Возможно, я удивлю вас сообщением о том, что родители совершенно не обязаны сами быть двуязычными, чтобы вырастить ребенка, говорящего на нескольких языках. Я хочу обратить внимание всех мам и пап, знающих только один язык, на то, что ваши дети могут быть двуязычными. Описанный в книге последовательный подход в состоянии помочь вам.

К счастью, новейшие достижения в области психолингвистики и исследования мозга помогают избавиться от неверных представлений о двуязычности. Сейчас мы с уверенностью можем утверждать, что не существует никакого научного подтверждения точке зрения, что отсутствие необходимости учить два языка автоматически облегчает освоение одного. Следовательно, если ребенок перестанет разговаривать на испанском или русском, то он не начнет лучше общаться на английском лишь только потому, что его внимание будет сконцентрировано на одном языке.