МАТИЛЬДА. Не решайте пока, познакомьтесь с ним хотя бы!..

МАРГА. Зачем? Неграмотный в двадцать четыре года!.. Он больной? Слабоумный?

МАТИЛЬДА. Наоборот! Блестящий ум.

МАРГА. Значит, дикарь?

АНХЕЛИНА. Он не виноват, его так воспитал отец!

МАТИЛЬДА. Они жили одни, в горах… Это очень печальная история.

МАРГА. Сочувствую вам, но я приехала сюда не для того, чтобы слушать печальные истории!..

ЭУСЕБЬО (входит). Вот багаж.

За сценой, вдали, выстрел .

АНХЕЛИНА. Слышите? Молодец! Это он вас приветствует!

МАТИЛЬДА. Подумайте, его жизнь в ваших руках. Вот он!

МАРГА. Вот это облако пыли, которое сюда несется?! Спасибо, сеньора! Мне кажется, ему не учитель нужен, а укротитель!.. (Решительно берет чемодан.) Идемте.

МАТИЛЬДА (преграждает ей путь). Нет, умоляю вас… на один день… только на один день!..

АНХЕЛИНА. На один час хотя бы!.. Вы не можете лишить нас этой минуты, мы столько раз об этом мечтали!..

МАРГА. О чем вы говорите?

МАТИЛЬДА. О встрече. Неужели вы не понимаете? Он никогда не видел молодой и красивой женщины, такой, как вы… как он сам…

МАРГА. Вам кажется, это меня успокоит? Вы представляете себе, что здесь может произойти через минуту?

АНХЕЛИНА. Это так прекрасно!.. Может быть, никто в мире еще не присутствовал при такой сцене!

МАТИЛЬДА. Мужчина в первый раз видит прекрасную женщину и падает ниц, словно дикарь, впервые увидевший солнце.

Цокот копыт, снова выстрел, лай собак и крики Пабло.

АНХЕЛИНА. Вот он!

КРИК ПАБЛО. О-го-го-го!.. О-го-го-го!..

МАРГА (в ужасе). Собаки!.. Господи, собаки!..

ЭУСЕБЬО (выбегает). Тубо, Бернардо! Куш, Формин!..

Все молчат. За сценой – лай, ржанье коня, крики Пабло.

ГОЛОС ПАБЛО. Поосторожнее со щенком, Эусебьо! Его волчица ранила. Проклятая!..

Как вихрь, врывается ПАБЛО. Он сияет здоровьем, силой

и радостью. На нем бархатная куртка, расстегнутая

рубаха, охотничьи сапоги, волосы растрепаны. Патронташ,

ягдташ, ружье.

ПАБЛО. Ура, тетя Матильда! Ура, тетя Анхелина! Три часа гонялся! Затравил! Ура!.. (Обнимает теток, поднимает их, крутит.) Ура!..

АНХЕЛИНА. Кого затравил?

ПАБЛО. Волчицу! Вот чертов зверь! Сорок овец задрала, Бернардо моего ранила!.. Ну, теперь я с ней посчитался! Шкуру на дверь повесим!. (Бросает в воздух ягдташ, Матильда его ловит.) Из лап – рукоятки для ножей!.. (Бросает патронташ, Анхелина его ловит.) Из кишок – струны для гитары!.. (Бросает ружье, Марга испуганно его ловит.) Ого-го-го-го!.. Посмотрели бы вы!.. (Замечает Маргариту, указывает на нее пальцем, говорит другим тоном.) Это кто такая?

МАТИЛЬДА. Сеньорита Маргарита Лухан.

МАРГА (дрожащим тихим голосом). Рада вас видеть, сеньор…

ПАБЛО (не обращая внимания, ворчливо). О-ла!.(Поворачивается к ней спиной и снова орет.) Вы бы только посмотрели на Бернардо! Что она тут делает?

МАТИЛЬДА. Сеньорита Лухан твоя новая учительница.

ПАБЛО. Вот эта?!

АНХЕЛИНА. Пабло, будь повежливее! Неприлично говорить «эта»!..

ПАБЛО. Значит, учительницу мне подсовываете!.. (Хватает Маргариту за руку, тащит на середину.) Ну-ка, иди сюда!.. Видишь, там окно?

МАРГА. Да, да, мне уже говорили…

ПАБЛО. А, говорили!.. Ну так вот: хочешь, чтобы все обошлось по-хорошему, помни свое место. И никаких этих дурацких штук – точки, запятые, знаки там всякие…

(К теткам.) Нет, вы бы только посмотрели: рассветало, он пошел по следу…

АНХЕЛИНА. Нас не интересуют твои собаки и волчица. Сеньорита приехала сюда, чтобы заняться твоим воспитанием.

ПАБЛО. Я ее не звал!

АНХЕЛИНА. Пабло, как ты невежлив! Скажи что-нибудь сеньорите…

ПАБЛО. Что ей сказать?

АНХЕЛИНА. Ну, что-нибудь… Ты хорошо ее рассмотрел?

ПАБЛО. А что в ней такого?

АНХЕЛИНА. Посмотри внимательнее.

ПАБЛО (ходит вокруг нее, рассматривает). Ничего… Тощая только.

МАТИЛЬДА. Пабло!

МАРГА. Оставьте его, сеньора! Я все понимаю… так лучше.

АНХЕЛИНА. Что подумает о тебе сеньорита? Ты заметил, какие у нее глаза?

ПАБЛО. Глаза как глаза…

Появляется ЭУСЕБЬО.