***

– Мы шиноби из деревне Лучей. У нас послание лично для Казекаге-самы, - пока за всех отвечает Катсуро.

– А кто с вами еще?
– указывает в мою сторону девушка.

– Она тоже из деревни.

– Тогда почему прячется?
– а это уже раскрашенный паренек.

Катсуро уже собирается что-то ответить (и судя по лицу не особо приятное), когда я решаю вмешаться. Тем более, что пелена уже прошла.

– Не вижу смысла спорить, - снимаю капюшон.

Ветер ударяет в лицо, развивая более короткие пряди. Откидываю один из хвостов за спину, потому что шее уже жарко. Еще бы бандану с эмблемой деревни (круг и лучи, расходящиеся в стороны) можно было снять. Хотя нет, тогда будут видны части печати. Отец настоял, чтобы я уже начинала выглядеть прилично, поэтому цветные косички в хвостах пришлось заменить одной и своего цвета. Но вот от самих хвостов, совсем чуть-чуть, почти внизу, перевязанных лентой, я не отказалась.

– Пошлите, - всего одно слово от красноволосого паренька, и он разворачивается к нам спиной, идя в сторону своей деревни.

А у нас есть выбор? Правильно, его нет. Наблюдая за однообразием открывающихся просторов, начинаю понимать, что ребята, которые нас встретили, разделились на две группы: паренек в черном и девушка с веером теперь идут отдельно от красноволосого. И как-то смотрится он совсем одиноко. Так хочется поговорить с ним, хотя бы спросить имя.

Мой ускоренный шаг замечается Катсуро и перехватает за руку:

– Ты куда собралась?
– шепчет прямо в ухо, чтобы не слышали другие.

– Поговорить с ними.

– Плохая идея.

Но я рывком освобождаю руку и иду дальше. Поравнявшись с первой группой ребят, уже собираюсь делать еще шаг вперед, как перед ногами втыкаются в землю несколько сюрикенов.

– Назад!
– отталкивает меня девушка из Песка.

– Вот он! Чудовище!
– раздаются крики из-за ближайшего возвышения.
– Убить чудовище!

А дальше песок приходит в движение. Пара секунд затишья, и раздаются крики. Бегу туда (да, здравый смысл решил меня покинуть) и вижу всюду кровь.

Один из уцелевших падает к моим ногам:

– Спасите, прошу вас.

Он напуган. Но замечаю на нем бандану с эмблемой Песка. Зачем же нападать на своих?

– Отойди, если не хочешь запачкать одежду, - абсолютно спокойный взгляд того, кого они называли чудовищем. От этого взгляда не по себе становится и мне.

– Уходи оттуда!
– крик Катсуро.

Перевожу взгляд на тех двоих, что встретили нас, и вижу такой же страх. Они все его боятся! Да что у них такое творится?

– Нет, остановись! Они же из твоей деревни!
– смотрю в глаза, в которых нет и капли жалости.

– Я предупреждал, - он протягивает руку, а я слышу шуршание песка за спиной.

Вокруг меня вдруг становится темно. Где-то вдали слышится плач. Плач ребенка. Стараюсь идти на звук, хотя не совсем понимаю, как здесь можно ориентироваться. В какой-то момент он становится громче, и я вижу, что в луче света сидит маленький, красноволосый мальчик.

– Почему ты плачешь? Кто-то тебя обидел?

– Мне больно и страшно, - раздается сквозь всхлипы.
– Они все ушли и оставили меня одного. Первый порыв - обнять этого малыша, как-то успокоить, передать свое тепло.

– Не плач, ты не один, я с тобой, - шепчу ему на ухо, крепко обнимая.

– Они все спят. Сами решайте, что с ними делать, - раздается спокойный голос Мики.

Тишина, ветер треплет волосы, солнце, стремящееся к горизонту, греет спину, а я так и продолжаю обнимать неизвестного мне шиноби, которого боятся даже в собственной деревне. Как-то неловко. Отстраняюсь. В его глазах удивление.

– Кто ты?
– еле слышный шепот.

– Меня зовут Хикари, - весело выдаю я, чувствуя, как горят щеки от смущения и уши от укоризненного взгляда Катсуро за проваленную миссию.

Глава 4.

Выжили всего четыре человека. Их решили оставить с Канкуро (так к нему обратился красноволосый). Весь остальной путь прошел в неловком молчании. Хотя, возможно неловкое оно только для меня. Особенно с хмурым Катсуро рядом. Зато появилось время обдумать, как все это преподнести отцу, и что нас ждет дальше.

Деревня нас встретила уже ночью, потому рассмотреть ее не получилось.