После того вечера прошло немного времени, но вот уже второй сборник, тоже в основном о Чечне, положил на стол Владимир Силкин. Называется он коротко и броско: «Блокпост», выпущен Издательским домом «Юпитер».

Мне кажется, что Силкин новой книгой сделал заметный шаг в своём творчестве. Весь сборник читается с интересом, на одном дыхании, как одно большое стихотворение. Тема у него святая: Армия и Отечество, сыновняя любовь к родному порогу. Он верен классике. Немного – поручику Лермонтову, немного – земляку своему Есенину. Нет у него зауми, пижонства, моды, «ананасов в шампанском». От его строк часто пахнет толом и порохом, окопной землёй и даже кровью.

Крепнет у поэта и свой собственный силкинский стиль, привлекающий доверительностью, обнажённой правдой, образным языком, переходящим иногда как бы в разговорную речь. У него «над Окою скуластые ветры», «рыба ослепла в кровавой воде», «смерть повыла и прочь ушла», «нет в медали «За отвагу» оборотной стороны», «тишину раздавили колёсами», «птицы выклевали ночь до последней звёздочки»… Он удачно вводит в некоторые стихи элементы народной частушки:

В книге «Блокпост» поэт обращается и к политике, к современной жизни, которая пока не радует воинство. Острый и непримиримый глаз его подмечает, что «растащили страну, как избу по бревну». «Я за Россию постою, она б за русских постояла», «мы и правда великий народ, если сами себя истребляем», «на могилах тесно от крестов»…

Силкин талантлив. Видимо, от природы. Жители его родного города Ряжска так зауважали своего поэта, что сделали его Почётным гражданином.

Армия для Владимира Александровича Силкина – дом родной. Бросали его приказы командования с Запада на Восток, помотался он по разным гарнизонам. А потом в Москву попал, военную академию окончил, служил в Главном управлении кадров.

– Мог бы и в генералы выйти, – сказал я как-то ему при очередной встрече.

– В принципе мог бы, но для меня генеральские лампасы – это поэзия, книги.

Пятнадцать сборников уже на счету у Владимира Силкина. Первая книга вышла у него во Владивостоке и называлась «Отсюда Родину видней». Потом были «Чувство долга», «Два ветра», «Окраина», «Журавинка». Издал он и две книги песен. Когда стихи поэта поют – это особое признание народа, самая большая радость.

Несколько лет уже полковник Силкин является начальником Военно-художественной студии писателей. Он лауреат популярных литературных премий, секретарь правления Союза писателей России и Москвы, профессор, академик. Силкин всегда среди молодежи, помогает способным начинающим литераторам стать на ноги. Многим он по-армейски товарищ и брат. Такой уж добрый характер у поэта из рязанского края певучего.

Строгий солдат Отчизны полковник Владимир Силкин в своей новой книге стихов, вышедшей в Библиотеке современной русской поэзии журнала «Поэзия», органично соединяет острый, обнажённый лиризм с широкой, как «поле в васильках», эпичностью. Он крайне сдержан в выражении чувств, умышленно скуп на выразительные средства и в то же время полотно жизни зажигает буквально одним штрихом-образом, как, например, в «Думе о Хатыни»:

Примечательно, что в первом же стихотворении, открывающем сборник, Силкин четко обозначает родники своего вдохновения. Это вишни, «отцово наследство», которые «столько лет в тишине шелестят» – ведут с поэтом неслышный разговор о сокровенном, заставляют сладко сжиматься сердце. Это соловьи. Россия. И всё-таки автора больше всего волнует то, что «гибнут хорошие парни за короткое счастье своё». А вот и вектор поэзии Силкина – «солдат».

Оно, это ключевое слово, всеобъёмно, вмещает в себя целый мир, в котором прошлое, настоящее и будущее как кирпичики, намертво скреплённые энергией мужества, долга, самопожертвования.

Поэт не может «охать и ахать при каком-то несчастье своём», «если мирно живёт по соседству из оглохшей пехоты солдат». Да и сама Родина. Какой она представляется автору? «Мать-солдатка моя, Россия, хлеб спасительный помяни!» – восклицает-призывает автор, размышляя о хлебе войны, замешанном «на мякине» и разбавленном «лебедой», который «в люди вывел» «чуть не треть страны».

Для Силкина солдат-защитник – понятие одновременно конкретное и мистическое, а потому ему одинаково дороги, равнозначны «Жуков на белом коне» и «застывшие в две шеренги солдаты» своего подразделения.

Даже весну – и ту поэт пропускает через призму солдатской улыбки: «На деревьях пухнут почки, наслаждайся и живи! Никакой тебе отсрочки (выделено мной. – Д.А.) от тепла и от любви».

Суровой солдатской правдой, высшим качеством мужчины – надёжностью – офицер Силкин меряет бойцов принимаемого в подчинение взвода: «С кем в разведку пойду, коль случится? Кто со мною в разведку пойдёт?»