– Но ты ведь сам говорил, что он играет с нами, а потом убьет. – заметил Томас.

– Это просто версии. Я ни в чем не уверен. – сказал Марк.

– Да мы тут никто ни в чем не уверены. – сказала Берта. – А ты Алекс что молчишь? Ты-то что об этом думаешь?

– Я думаю над вашими версиями. И мне они все кажутся не верными. Вот Берта, ты говоришь, что он хочет сделать нас пленниками. Вопрос зачем? – спросил я. – Кто-нибудь ответьте мне, зачем ему пленники?

– Может быть, чтобы работали на него. – предположила Берта. – В лабиринте мы уже встретили несколько людей. Может быть все они обычные люди, просто играют свои роли? Леандро их заставляет.

– Ага, и лев тоже работает у Леандро актером! – захохотал я.

– Ладно, согласен. Это бред. – сказал Марк. – Но что тогда?

– Я думаю, пленники ему точно не нужны. – сказал я. – Насчет жертвоприношения тоже не уверен. Зачем тогда проводить с нами игру перед жертвоприношением? Если за Леандро кто-то стоит и ему нравится наблюдать за игрой пленников, то почему тогда он сам нас не встретил? Почему скрывается?

– Хочет открыться нам в конце. – сказал Томас.

– А Леандро тогда зачем все это? И почему он назвал себя создателем лабиринта? Мог бы вообще не говорить, кто создал лабиринт. Зачем лгать? Как-то странно. Нет, вряд ли за Леандро кто-то стоит. Думаю, он сам все это организовал. Только зачем ему это надо? Если причины это все делать у Леандро нет, то он выходит псих. Но на мой взгляд, на сумасшедшего он совсем не похож. И естественно он не встретит нас в конце лабиринта с пачкой денег и не отпустит домой. – сказал я.

– Ну вот, ты все наши версии забраковал. А сам-то ты хоть какое-то предположение имеешь? – спросил Марк.

– Я могу только предположить, что цель у него держать нас здесь, конечно, есть. Но это точно ни одна из перечисленных вами. Какая это цель я сказать не могу. И у меня, увы, нет ни одной версии. В одном я уверен, Леандро не отпустит нас, даже если мы найдем выход из лабиринта, уложившись в 48 часов! – сказал я. – Но что с нами будет, когда мы с ним встретимся, я понятия не имею. Но точно ничего хорошего.

– Да из всех наших версий, только одна, у Берты позитивная. Но даже Берта уже в нее не верит. – сказал Томас.

– Поэтому – я понизил голос. – нам необходимо как можно скорее понять, как выбраться из этого лабиринта. Мы не должны встречаться с Леандро. Нужно выбираться из этого места. Пока не поздно.

– Я только за, чтобы поскорее отсюда найти выход.. – сказал Марк. – Лично я уже просто ненавижу этот чертов лабиринт!

– Это понятно, что надо выбираться. Никто и с самого начала не хочет здесь задерживаться. Но как выйти из этого лабиринта? – спросила Берта.

Мы замолчали. Если бы у нас была хоть одна идея, хоть одна зацепка относительно того, как можно отсюда сбежать. Но ее не было.

– Нужно что-то придумать. – я нахмурил лоб. – Ребята, нам нельзя продолжать идти по этому лабиринту. Нельзя продолжать играть в эту игру. Вот мы сейчас уже сколько времени находимся в кабинете Леандро, а он здесь до сих пор не появился. И вряд ли появится. Просто нас запер в этой комнате. Зачем опять же, непонятно!

– А вы не думали о том, что он на самом деле не очень-то силен? – спросил Марк. – Может, он просто хочет нас загонять, замучить, чтобы у нас не осталось сил с ним бороться. И вот когда у нас не останется сил, он явится и убьет нас!

– Вполне возможно, что так. – кивнул я. – Но хватит болтать. Давайте думать, как выбираться!

Внезапно в комнате раздался пугающий шепот. Мы испуганно замолчали.

Когда шепот смолк, на стене слева от нас пробежала тень и вновь раздался шепот.

Только разобрать, что шепчут я не мог, да и ребята, судя по их лицам, тоже.

Впрочем, нам это было и не нужно.

Главное, на чем сейчас мы должны были сосредоточиться – на поиске выхода. Для начала хотя бы из этой комнаты.

Тем временем пугающий шепот становился все громче и вскоре он начал сводить нас с ума.

Мне хотелось заткнуть уши руками, но внезапно я обнаружил, что не могу пошевелиться.

Так мы и замерли, стоя посреди комнаты.

А потом шепот затих. Я почувствовал облегчение, но оно было недолгим.

Почти сразу раздался плач младенца. Но и это было еще не все. Воспаленная фантазия создателя этого лабиринта не знала границ. На стене слева от нас зажглись огненные буквы. Надпись на стене гласила: «Младенец плачет, младенца надо успокоить. Спойте колыбельную песню, тогда оцепенение будет снято и дверь откроется».

– Ну и что вы об этом думаете? – спросил я, прочитав надпись и тут же сам ответил на свой вопрос. – Это же форменное издевательство! Лично я не собираюсь ничего петь!

Сначала нас заперли в этой комнате, которая вовсе не оказалась кабинетом Леандро. Впрочем, кто знает, может это действительно его кабинет. Но его-то здесь нет!

А теперь еще и требуют спеть колыбельную песню для орущего нам под ухо невидимого младенца!

– Я тоже не собираюсь. Вот еще! – сказал Марк.

– Ребята, хватит возмущаться! – сказала Берта.