Впрочем, она тут же спрыгнула, оказавшись в трёх метрах.

Дверь открыта, уже наступил рассвет. Я осторожно встал, понимая, что боли и слабости нет.

Проводил Алиану подозрительным взглядом.

— Что ты только что делала?

— Не могла тебя разбудить, — сказала она, задрав нос. — Человечишки все так долго спят? Понятно, почему ты остался один, вас всех убили, пока вы спали… Но, получается….

Она задумалась, её лицо сначала озарилось от догадки, а затем помрачнело.

— Получается, ты самый лёгкий на подъём… — сделала умозаключение она. — Но, как же крепко спят твои соплеменники?!

Алиана ужаснулась.

Я рассмеялся. Это было уже чересчур.

— Не помню, чтобы ты меня будила, — честно признался я.

— Как это? — снова удивилась она. — Ты ещё говорил…

Вайерис нахмурилась, вспоминая. А затем выдала, пародируя меня.

— Калум, с***! Я сейчас первый раз в жизни убью кого-то бесплатно…

Я снова засмеялся.

— А что ты хотела?

— Я хочу есть! — прорычала она, а затем поменялась в лице, став хитрой и даже сменила тон. — Где там твои вкусные баночки.

— Кошка… — снова проворчал я.

— И кто такая эта кошка? — недоумевающе спросила она.

— Забудь.

— А кто такой Калум?

— Повторить? — я вопросительно поднял бровь.

— Забыла, давай открывай, я поставлю огонь.

Я принялся распечатывать еду.

— Почему не поела сама? Я ведь ничего не прятал.

— Не могу, — с тоской ответила она, смотря на банки с тушёнкой, как зачарованная. — Эта твоя способность, вассалы не могут брать то, что принадлежит владыке.

И добавила

— Даже такому ничтожному, как ты…

— Спасибо, — саркастично ответил я.

— За что? — удивилась вайерис.

— Это был сарказм.

— Что это? — последовал закономерный вопрос.

— Это когда ты хочешь оскорбить человека так, чтобы он этого не заметил, — по простому сказал я.

— А-а-а-а, я знаю, что такое сарказм, — кивнула Алиана. — Я постоянно так делаю. Вот к примеру с тобой, ты такой слабый и никчёмный человечишка, тебе наверное трудно, бедненький… Это сарказм?

Она вопросительно уставилась на меня.

— Не похоже, — покачал головой я.

— Хм…— Надо выдвигаться, — я насторожился.

— Но мы же ещё не поели! — взбунтовалась она.

— Отойдём подальше, а потом поедим, — отмахнулся я и понизил голос. — Слышишь?

Она мгновенно прислушалась.

— Да, — прошептала вайерис.

— Кажется, мы не одни, — заключил я, радуясь, что не ошибся.

В коридоре слышны шаги. И негромкие разговоры.

— Шак, ты должен смотреть налево! А я направо… — голос женский, взвинченный.

— Я смотрю, — густой мужской.

— Если меня съедят здесь, я тебе не прощу, — прошипела женщина.

— Но если тебя съедят, тебе не станет легче от моего прощения, — прогнусавил туповатый голос.

Мы с вайерис застыли возле двери, ожидая, пока компания из минимум двух разумных подойдёт ближе.

Показываю жесты, прошу дать пистолет.

Алиана протягивает пустой ствол, беру его поудобнее и плавным шагом выхожу в коридор, наставляя дуло на идущих.

Первой реакцией был шок, причём всех присутствующих. Я выпал в осадок, потому, что кроме предполагаемой парочки, тут было ещё три рыла. Они же чуть не начали палить от того, что перед ними внезапно вырос вооружённый незнакомец, не очень дружелюбно помахивая пистолетом.

— Стоять! Кто сделает шаг, продырявлю башку, так что голуби будут без проблем залетать…

— Не надо… — грустно отзывается двухметровый здоровяк.

— Шак! — шипит идущая перед ним невысокая блондинка и вздыхает. — Ты тупица.

Три парня, две девушки. Блондинка и кореянка, судя по разрезу глаз. Темноволосая слишком высока для кореянки, за спиной торчит клинок, волосы собраны в хвост. Спокойная, будто сам Будда. Хотя, вроде это из другой сказки. Мечница самая неоднозначная, глаза будто две камеры, сканируют окрестности, не паникует, как её одногруппники, просто замерла.

— Что будем делать? — спрашивает один из двух, идущих позади мужчин.