Все удивленно смотрят на японку. Еще больше удивляемся, когда из островерхой садовой арки, которую только что прошли, выходят товарищи «зорь». Бастер с рубиновой звездой во лбу и Бессмертный. Их сопровождает взвод Имперских мечей.

– Хитрая командир, – усмехаюсь под шлемом. – Решила обмануть крысу? А нас-то зачем?

– Крыса может быть здесь, – холодно говорит Аяно, не дрогнув ни единым мускулом лица. – Поэтому я задумала доставить во дворец подкрепление, не предусмотренное официальным планом.дрогнув ни единым мускулом лица. – Поэтому я задумала доставить во дворец подкрепление, не предусмотренное официальным планом.

Я прислушиваюсь. От Бессмертного снова тикает. Спешу отойти подальше. Спецназовец же радостно мне улыбается.

– Давно не виделись, Перун! – он делает шаг ко мне, я – два назад.

– Ага, стой там, где стоишь, бомбонос!

–Хм, – обижается чудик, застыв. – Вот как значит? А я, дурак, думал, что мы друзья!

– Прости, своя шкура дороже.

На всякий случай заматываю его в Бригантину. А то еще моих девочек подорвет, камикадзе. Ему-то пофиг – Вселенская банка назад вернет. А у нас у всех по одной жизни.

– Кот, отвечаешь головой за Бессмертного. Отражай от него все атаки, – говорит Аяно, слепец кивает. – Отряд, выдвигаемся.

Все постройки затмевает главное здание на вершине. Тут же напрягаемся. Даже Белоснежке не до бронзовых округлых решеток на окнах и перламутровых узоров на белых колоннах. Поднимаемся на террасу. Коридоры дворца встречают пустотой. Точно ловушка. Но пути назад нет.

Двухстворчатые двери в тронный зал распахнуты. Аяно жестами показывает заходить, отряд осторожно вступает на мраморные плиты. Головными бойцами выступаем я с танками – Али, Вендиго и Саладом. Последние двое держат наготове свето-звуковые гранты. Будь комната меньше, уже бы кинули подарок. Но зал огромен и до демонов из коридора не добросить – твари толпятся у дальней стены вокруг трона. Гарпиусы сидят на карнизах высоких окон. Вараниды сгрудились в углах. Гончие скулят, растелившись у подножия престола. На ступенях к трону лежит мертвый мужчина в дорогих одеждах. Наверняка, Аза-хан. Потому что на бархатной подушке уселся далеко не человек. коридора не добросить – твари толпятся у дальней стены вокруг трона. Гарпиусы сидят на карнизах высоких окон. Вараниз коридора не добросить – твари толпятся у дальней стены вокруг трона. Гарпиусы сидят на карнизах высоких окон. Вараниды сгрудились в углах. Гончие скулят, растелившись у подножия престола. На ступенях к трону лежит мертвый мужчина в дорогих одеждах. Наверняка, Аза-хан. Потому что на бархатной подушке уселся далеко не человек.ды сгрудились в углах. Гончие скулят, растелившись у подножия престола. На ступенях к трону лежит мертвый мужчина в дорогих одеждах. Наверняка, Аза-хан. Потому что на бархатной подушке уселся далеко не человек.

Чернокожее чудовище, нарядившееся в шёлковый кафтан с ложными рукавами. Одеяние подпоясывает кушак с бриллиантовой нитью. Морда сплошь усыпана желтыми глазами. Нет, это не жалкий Высший. Это живой кошмар Страшного мира. Сам Громовой Генерал Швар, командир авангарда Градгроба. жалкий Высший. Это живой кошмар Страшного мира. Сам Громовой Генерал Швар, командир авангарда Градгроба.

Я поджимаю губу. Если трезво оценивать свои силы, сейчас мне его не победить. Не тогда, когда мои фракталы раздроблены на пятерых. Ну, раз это невозможно, будем делать невозможное. Впервой что ли.

– Швар, ты чего разрядился? – кричу через весь зал на языке ада. – Да еще фасон выбрал, как у султанского евнуха, ей-богу.

Демон морщится.

– Откуда ты знаешь великий язык, червь? – он поднимается с трона и жестом велит тварям вокруг подождать с атакой. – Хотя, не важно. Раз знаешь, то слушай. Мне плевать на людские войны. Некий Перун убил моего сына. Отдайте паскуду мне, и я пощажу ваши никчемные жизни.. Раз знаешь, то слушай. Мне плевать на людские войны. Некий Перун убил моего сына. Отдайте паскуду мне, и я пощажу ваши никчемные жизни.

– Что он говорит? – спрашивает Аяно.

– Голову мою хочет, – отвечаю. – Тогда остальных отпустит.

– Да пошел он! – одновременно вскрикивают поляницы. Японка бросает на девушек грозный взгляд и те потупляют монстряшные глазки.

– Пошел он, – подтверждает Аяно спокойным тоном. – Как с ним биться?

– Швар – моя забота, – я выпускаю Когти, сноп синих искр брызгает на мрамор. – Поляницы со мной, будете артподдержкой. В лоб не суйтесь. НИ ЗА ЧТО. Поняли?

– Да, – кивает волчий шлем Кали.

– Кали, сейчас тебя подключу к Терминалу. Не пугайся. Еще одни Когти тебе не нужны, но без Бригантины ты сгоришь, – я перекидываю к девушке еще один канал подключения, включаю фрактал Бригантины, одновременно говорю японке.

– Мононоке, не пускайте к нам прочих тварей.

Аяно не меняет холодного выражения лица, хотя, вижу, ей очень хочется поморщиться.

– Поняла, – выдавливает и раздает команды. – «Зори», Бессмертного в тыл. Кот, сторожи его. Остальные – бить всех, кроме когтистого.

Когтистого? Я перевожу взгляд на Швара. Сверкают синие разряды, трещит воздух. А-а-а-а! Он уже выпустил Когти! Бегом к нему!

Я бросаюсь к демону, спустившемуся с возвышенности трона. Поляницы за мной. Десяток желтых глаз Швара с ненавистью смотрят на мои Когти.

– Это ты убил моего сына, фальшивка!

– Нет! Ты!

– Что?! – удивленный рев.

– Воспитав из него дебила!

Раскат грома. Свет меркнет. Затем возвращается в неистовом синем обличье. Молнии шарахают по мне и поляницам. Отвод бесполезен, слишком большое покрытие у удара, некуда смещать. Бригантина автоматически переходит в режим Громоотвода. Защита выдерживает, но надолго ее не хватит.