Света на миг замерла и повернулась к Жданову лицом:

– Я. Тебе. Не. Зайчик, – прошипела она, сопровождая каждое слово тычком указательного пальца в широкую грудь парня, развернулась и, зло топая, направилась в раздевалку.

– Ещё какой, – довольно заверил Дима. – И я не теряю надежды! – Крикнул он вслед под задорные смешки друзей.

10.09.1998 (четверг)

«Как часто случайный звонок может перерасти в дружбу? Или скорее не дружбу, а приятное знакомство. Сегодня как раз и состоялся такой разговор по телефону.

Удивительно.»

Погода сегодня радовала. Олеся решила прогуляться до дома пешком, выйдя из автобуса на пару остановок раньше. Тёплые лучи солнца ласково прикасались к пока ещё зелёной листве. Хотя на тополях можно было заметить пожелтевшие листья. Природа не спеша готовилась к холодам.

Олеся позволила себе собрать небольшой букет из разных листьев, которые успели опасть с деревьев. Вдруг вспомнился ролик из «Ералаш», где девочка получала цветы. А в итоге оказалась, что двоечник приносил их, чтобы она сделала за него гербарий. Улыбаясь, Олеся открыла дверь в квартиру. И словно, подкараулив её, раздался телефонный звонок. Положив букет на обувную тумбу, Олеся подняла трубку.

– Да, – ответила девушка, разуваясь.

– Привет. Это Сильвестр.

– Эм… кто? – Удивилась Олеся.

– Сумбурный разговор в августе помнишь? Я обещал перезвонить.

– О, – удивилась Олеся. – Я уже думала, что не услышу тебя.

На том конце провода хохотнули.

– Я уже сам отчаялся, если честно. Но сегодня мне сопутствует удача.

– Сильвестр, значит, – припомнив, хмыкнула Олеся. – Серьёзно?

– Угу.

– Ну, нет. Так нечестно, – притворно возмутилась Олеся.

– Странная убеждённость, что это не моё имя, – продолжал настаивать Сильвестр.

– Ладно. Пусть будет Сильвестр. Тогда я – Баффи. Так ты всё-таки ошибся тогда? Аж целых три раза?

– Хочешь – верь. Хочешь – не верь. – Подтвердил догадку Олеси собеседник. – Потом долго мучился, подбирая комбинацию цифр. А всё оказалось до смешного просто. Ошибся в последней цифре.

Они провели на телефоне пару часов. Олеся много смеялась, отстранённо думая, что сегодня собеседник не раздражал, как в первый раз. С ним было приятно говорить на любую тему.

– Ой, – прошептала Олеся, когда услышала, как поворачивается ключ в замочной скважине входной двери. – Кажется, мама пришла.

– Понял. Тогда до следующего звонка?

– Ага, – ответила Олеся и положила трубку одновременно с тем, как открылась дверь. – Привет, ма!

07.10.1998 (среда).

«Сколько бы времени не прошло. Какие бы времена ни настали,

а всё равно девушке не пристало первой показывать

своего внимания. Или же это всё предрассудки?

Пережитки старого?»

?

– Ты занимаешься ерундой, – рядом с Олесей подсела Света.

– Это ты так считаешь, – Олеся вздохнула и нехотя отвела взгляд от первой парты в третьем ряду. Минуту назад на стул приземлился Никита Самойлов с параллельной группы. Небрежно провёл по светлым волосам и продолжил о чём-то говорить с другом.

– Как знаешь, – пожала плечами Света.

В этот момент они обе смотрели на Никиту. Тот, словно почувствовав чужое внимание, повернулся в их сторону. Губы расплылись в улыбке сильнее, и Никита подмигнул девушкам. Щёки Олеси залились багряным румянцем, Света же лишь хмыкнула.

– Гусь смазливый, – фыркнула она и демонстративно отвернулась.

– Да ладно тебе, – прошипела Олеся, попутно прячась за волосами. Благо она послушала бабушку и не остригла косы.

Аудитория постепенно наполнялась однокурсниками. Временами звучали взрывы хохота, кто-то шикал, кто-то махал рукой, мол, занятие ещё не началось.

Олеся задумчиво водила ручкой по тетрадному листу и смотрела на входную дверь. Словно ожидала кого-то.

«Кого?» – Мелькнуло в мыслях, возвращая в реальность.

Дверь открылась, впуская в аудиторию Стаса Корсака и его компанию. Парни, заметив Никиту Самойлова, начали отпускать колкие замечания в его адрес. На что Никита с товарищами не остались в стороне и начали пикировку со своими соперниками.

Олеся нахмурилась, следя за Стасом взглядом. Он её напрягал, так как ей не нравилась постоянная агрессия в сторону Никиты. Хотя было что-то ещё. Но она пока не могла найти этому определения.

«Может, то, как он смотрит на девушек? Словно они принадлежат ему. Словно все у его ног. Зазнайка, – Олеся фыркнула про себя, – и это мягко сказано.»