— Сексуальные бывают, а вот насчет того, маньячка или нет, это уже органам решать.

Валя и ухом не повел на наши игры в иносказания.

— Нет. Не мне награда. Я и без грамоты обойдусь, она нужна моему другу.

— Мухтару? Хи-хи…

— Мухтару я куплю мяса лучше. Юному помощнику милиции. Школьнику. Да ты, то есть вы, его видели. Он частенько у меня в кабинете находится. Ну-у… когда дверь у меня открыта, — уточнил я, поняв, что сотрудник кадров обычно не бывает в кабинете у кинолога. — Из вашего окна видно. Да?

— Конечно, конечно, это рыженький такой?

— Темненький, просто на солнце блестел. Он многое делает для становления кинологической службы в ГОВД, — я стал снова перечислять, но уже не загибая пальцев.

Мария Антиповна, слушая меня, наклонилась к выдвижному ящику стола, вытащила оттуда лощеный бланк грамоты. Все как положено — с флагом, гербом и Лениным. Протянула мне и сказала:

— Заполни красиво, напиши, за что и кому, подпиши у Петра Петровича, потом придешь, я тебе шлепну. В смысле, печать шлепну.

Она снова захихикала, уже не слишком скрываясь.

— Так просто?

— А что, должно быть сложно?

— Ну, Мария Антиповна, — изобразил я эмоции, глотая смешок. — Я тут, значит, распинаюсь, настраиваюсь, а оказывается, все просто… И в главк не надо запрос делать.

— Грамоты у меня с соревнований по Динамо остались, — улыбнулась женщина. — Считайте, вам повезло.

— А если бы не повезло?

— Пришлось бы в «Союзпечати» бланки покупать.

— Ну, тоже ничего сложного и критичного.

Наша игра для одного зрителя подошла к концу. А зритель этот ни ухом, ни глазом, ни другим местом не повел. Вот паразит, а мы так старались…

— Валентин, — я подошел к столу с криминалистом. — А вы что, в кадры перевелись?

— Я характеристику свою в личном деле не могу найти. Чтобы заменить.

— На фига? Э… э-э… Зачем?

— Мама мне новую сделала. Представляете? В старой забыли указать общественную деятельность по линии юных защитников природы, мою победу в Артеке на математической спартакиаде, и еще не было прописано о…

— Погоди, — прервал я его. — Валёк! Характеристика, блин, что? Школьная?

— Ну да…

И тут уж я не стал сдерживаться и поправляться:

— На фига?!..

— Александр, — встал и снял очки эксперт. — Вы недооцениваете роль характеризующих материалов. Объективная оценка о человеке как члене коллектива, работнике, общественном деятеле в обязательном порядке должна быть задокументирована и приложена.

— А, ну если задокументирована, то да… — закивал я. — Без школьной характеристики в милиции не место. Кстати, Валентин, ты тут сильно не засиживайся, у меня к тебе дело есть. Зайду скоро к тебе в вотчину лабораторную. Ты можешь определить, из золота или нет выполнено изделие?

— Там должна быть проба выбита, — отозвался эксперт.

Простой какой, это б я и так увидел. Чтобы глаза разуть, корочка эксперта не нужна.

— Нету пробы, и это не кольцо вовсе.

— Хорошо, приносите… — он снова зашелестел бумажками.

Я подхватил грамоту и пошел на выход. Уже в дверном проеме обернулся и подмигнул Маше, а потом показательно завел глаза к потолку.

Вышел, прошел пару кабинетов. Встал в закуток коридора возле замшелого огнетушителя. Чуть подождал. Ага… Зацокали каблучки — все ближе и ближе.

Шаги перед закутком замедлились, и ко мне впорхнула кадровичка. Повисла на шее и впилась поцелуем в мои губы. Я обнял, погладил ее по интересным и упругим местам, но почувствовал вдруг, как неизбежно кривятся под ремнем брюки, шумно выдохнул и чуть отстранился. Мы отлипли друг от друга.

— Пойдем к тебе, — прощебетала она.

— Сегодня у меня посетитель, — покачал я головой.

— Кто? Опять журналистка? — Мария Антиповна еще больше отстранилась.

Уперла кулачки в бока, а локти чуть отвела вперед, будто на меня острием направила.

— Нет, обладатель этой вот грамоты, — помахал я бланком.

— Ясно, — сверкнула она зубками, а затем спешно чмокнула меня в губы и выскочила из закутка, потому что по коридору кто-то шел. Я вжался в стенку и притворился старой штукатуркой.

Шаги приблизились. Это был эксперт Загоруйко.

— Мария Антиповна, — проговорил он и преградил ей путь, а я вжался еще сильнее.

Представил, как превращаюсь в красный огнетушитель. Интересная штука жизнь. Вот прячусь здесь, как зайка серенький, а на душе приятно. Странная скотина человек — много ли для счастья надо?