— Утро доброе! — широко улыбнулась заспанному невысокому стройному брюнету, открывшему дверь после третьего звонка. — У меня к тебе дело. Поможешь? — захлопала ресницами, прикидываясь бедной овечкой.

— Че так рано-то? — удивился Леонид и почесал голую грудь. В домашние трикотажные штаны все-таки влезть успел. Хорошо, что не в трусах вышел. — Я с ночной смены, спать хочу. Попозже никак? — спросил с надеждой, которую я не дала.

— Никак. Нужно-пренужно, — продолжала хлопать ресницами, поставив на всякий случай ногу между дверью и проемом. Ну, мало ли. Скажет, мол, «потом», и ничего не сделаешь, а теперь не отвертится. — Это ненадолго. Всего лишь глянуть в твой регистратор.

— Зачем? — заинтересовался Леонид, протирая глаза. — Че-то случилось?

— У меня машину во дворе поцарапали, сзади, пришлось в ремонт тащить, — озвучила я ранее придуманную версию, максимально приближенную к реальности. Тачка-то моя действительно определена оборотнями в автосервис, так что почти не соврала. — А кто и когда, не знаю. Марина Ивановна сказала, что парень какой-то там на днях сидел. Может, он.

— А-а, — протянул Леонид и широко зевнул. — А че срочно-то глядеть? — затянул прежнюю песню. — Можно и потом.

— Ой, нет, до вечера не дождусь. Хочу гада найти, — стала я пояснять свою позицию, чтобы до парня дошло. — Вот и решила с утра по соседям пробежаться, — начала потихоньку злиться, но улыбаться улыбалась.

— Ну и начала бы с них.

— Так уже, — вздохнула я и с трудом сдержала желание стукнуть парня чем-нибудь тяжеленьким. — Всех обежала, — нагло солгала, поняв, что иначе дело с мертвой точки не сдвинется. Тем более проверять, сделала я это или нет, вряд ли будет. Оно ему надо? Видно же, что лентяй. — Идем? — отрезали пути к отступлению.

— Хорошо, идем, — согласился Леонид. — Только рубашку надену, — ушел в комнату, оставив дверь открытой. — И давай это, смотреть вместе не будем, — сообщил мне, когда ехали в лифте. — Скачаешь инфу, и я спать. Ок?

— Ага, — конечно же согласилась я. — И мне лучше, — вышла из лифта первой. — Дома потом гляну. Чего тебя напрягать? — улыбаться стала более ласково.

Скинуть видео с регистратора в мой телефон мы успели как раз перед самым приездом Инги. Только вышли из машины Леонида, как во дворе появилось такси с характерным логотипом и шашечками, а затем выпорхнула пухлая красотка с сильно короткими смоляными волосами. Я еще подумала, не слишком ли кардинально она постриглась. Больше на ежика похожа.

Под цвет волос у Инги и платье было — короткое по колено, без рукавов, с приличным вырезом, открывающим часть груди, трикотажное с блестящими серебряными нитями, рельефно обтягивающее фигуру. Несмотря на излишний вес, выглядела подруга отлично. Мы еще в давность смеялись над пропорционально выступающими частями ее тела, говоря, что все у нее по стандарту 90–60–90 только с плюсом 30.

Образ настоящей ведьмы во всем черном дополняли босоножки на высоченном каблуке и темные тени над длинными наращенными ресницами, обрамляющими серые с голубым оттенком глаза. Красотка, ничего не скажешь. Ах да. Шею окружало ожерелье из темного граната, а на лице выделялись такого же цвета пухлые губы, манящие мужчин всех возрастов. Вот как сейчас Леонида, застывшего с открытым ртом.

— Лень, пока, — подтолкнула я парня к двери подъезда. — Спасибо, помог, — пошла навстречу Инге, изображая радость…

— Ты что, с этим чудиком замутить решила? — спросила меня со свойственной ей «догадливостью» Инга, когда за нами захлопнулась дверь моей квартиры. — Так себе чувачок, — оказывается, заметила своим цепким взглядом, как я с Леней болтала. — Хотя… может, на первое время и он сойдет. Ты же не собираешься своего Олега прощать?

— Я пока с его изменой не разобралась, — ответила я, не собираясь раскрывать свои планы. Меньше знает, лучше спит, то бишь не дает мне ненужных советов. — А ты зачем сюда? Неожиданно.

— Тебя поддержать. Это ведь такой удар, когда жених изменяет накануне свадьбы, — ответила Инга, не глядя мне в глаза. Вовремя наклонилась, чтобы снять босоножки.

— А-а, — протянула я, совершенно ей не веря. — Завтракать будешь? — увидела, как подруга согласно мотнула головой. — Тогда иди мыть руки, а я пока чего-нибудь приготовлю. Тебе как всегда кофе и горячие бутерброды? Или еще яичницу? — скинула шлепки и пошла на кухню.

— Не, яичницу вредно, там холестерин, а я худею, — заявила Инга, поправляя на табурете в прихожке ранее поставленную там дорожную сумку. Странно, что на этот раз поклажа была довольно увесистой, а ведь подруга любила путешествовать налегке, не обременяя себя тасканием огромных чемоданов. — И кофе без молока. А хлеб со злаками, — продефилировала в ванную.

— Хорошо, — согласилась я, прекрасно зная, что молока (тут пожелания совпали с возможностями) у меня нет, как и требуемого хлеба. Сойдет батон. — Сделаю, — стала вытаскивать из холодильника то, что осталось от ужина.

В течение завтрака разговоры Инги предсказуемо крутились вокруг моей несостоявшейся свадьбы. А обоснование приезда сводилось к следующему:

— Я уж Стефана и так и так крутила, а он ничего мне не рассказывает. Гад какой. Сложно что ли? Ты же моя подруга. Тебе плохо, а он молчит, хоть убей. Вот я и решила, поговорить с тобой лично. Кто как не я тебе поможет? Ты ведь тут совсем одна.