— Ну да, верное замечание, — капитан вздохнул. — У него под землёй могут быть километры и километры этого мицелия… Было бы здорово, если бы было какое-то средство, чтобы капнул такой на краешек, и оно распространилось по всей грибнице само собой. Как по огнепроводному шнуру, знаешь?

— Знаю, — я улыбнулся. — Но увы, всё что мы пока можем — это топтать сами грибы, как это сделал Жи. Даже этого хватило, чтобы нанести какой-то урон, и сейчас грибу явно не до нас. Зализывает раны, наверное.

— Да к тому же нет никакой гарантии, что такой гриб тут один, — дополнил меня капитан, буквально сняв с языка фразу. — В любом случае, я думаю, что можно практически на официальном уровне утверждать, что проект «Флора-9» провалился тоже… Ну, только если «Хабитат» не придумают какие-нибудь высокотехнологичные шапочки из фольги. Да и то не спасёт, потому что сомневаюсь, что гости модного дорогого курорта согласятся их носить.

— Ну либо вложат баснословные суммы, чтобы уничтожить грибницу. Может, с их возможностями у них что-то и получится. Главное, что теперь проблема известна. А раз известна, то есть шанс найти решение, — добавил я.

— Ну вы где там?! — пропыхтела Пиявка в комлинк. — Проверили, нет?!

— Проверили, — ответил капитан. — Всё в порядке, воздействия или нет, или оно минимально.

— Тогда всех перетаскиваем в местный лазарет! Всех, кроме…

Она не договорила, и отключилась. В общем-то, и так было понятно, что именно она не стала произносить вслух.

«Кроме тех, кому уже не помочь».

Привлекать Жи к переносу колонистов мы не стали — всё же слишком велик был шанс того, что кто-то из них после получения первой помощи от Пиявки придёт в себя и увидит робота. Нам-то, конечно, от этого ни холодно, ни жарко, но вот как отреагирует на такое сам Жи — я прекрасно себе представляю. Он просто оторвёт неудачливому человеку голову, без оглядки на пол, возраст и физическое состояние. Причём это даже не будет его желанием, ведь у роботов нет и быть не может никаких желаний. Это будет просто неукоснительное соблюдение первой директивы, наложенное на отсутствие запрета причинения вреда человеку.

Кстати, интересно, а как так получилось, что экипаж корабля не вписывается в первую директиву робота? С чего вдруг такое исключение? Или эта директива появилась у него уже после того, как он познакомился с экипажем? Но как такое могло произойти?

Короче говоря, надо бы сделать так, чтобы следующим, чью историю я узнаю, был Жи. Или даже не обязательно следующим, главное — как можно скорее.

Лазарет колонии оказался не таким большим, как хотелось бы — всего-то на десять коек, но это всяко было лучше, чем вповалку лежать на железном жёстком полу корабля. Тем более, что далеко не все колонисты нуждались в помощи. Некоторые уже не нуждались, к сожалению…

За раздумьями о необычности Жи как представителя разумных роботов я даже не заметил, как соотношение заполненности корабля и лазарета сместилось в сторону последнего, и Пиявка нервно переместилась туда, таща с собой целый чемодан всяких своих лекарских зелий. В лазарете она по-свойски вскрыла все шкафы и ящики (на наше счастье, они тут были такими же картонными, как и вся остальная мебель, а не то пришлось бы… Не знаю, резаком распиливать?.. И принялась доставать оттуда всё нужное для её деятельности.

Надо отдать должное, Пиявка прекрасно ориентировалась в чужом лазарете, что лишний раз говорило о её высоком профессионализме — значительно выше среднего! Повезло же нам на «Затерянных звёздах» с медиком. Если бы ещё не её закидоны…

Когда живые закончились, мы перешли к мёртвым. Их было одиннадцать, и только один из них, если я ничего не путаю, скончался уже после того, как мы отвоевали людей у гриба-телепата. Остальных Жи уже принёс на борт корабля такими, и это было не удивительно.

Первыми всегда умирают самые слабые, а среди одиннадцати погибших было шестеро детей, от пяти до двенадцати лет, четыре тоненьких женщины, и всего один мужчина — тот самый, что совсем чуть-чуть не дожил до того, как Пиявка начала помогать уже тяжёлым.

Мы перенесли тела за здание лазарета и пока что уложили на землю — что с ними будет дальше, пусть решают официальные лица.

— Пиявка, как дела? — спросил капитан по комлинку.

— Если не будете мешать, будут вообще идеально! — нервно ответила Пиявка. — Ждите! Если надо будет, я позову!

Ждать пришлось недолго. Через пятнадцать минут из лазарета вышли первые колонисты. Пошатываясь и зябко ёжась, словно на улице было не комфортных двадцать градусов по Цельсию, а около нуля, пара из мужчины и женщины выбралась на улицу, прикрывая глаза ладонью от солнца. Бледные, как смерть, но живые! Что несомненно радовало!

Все, кто был на улице (включая Кайто и Кори, которые тоже выбрались с корабля) тут же окружили их.

— Как себя чувствуете? — первым спросил я, не позволяя остальным похоронить бедолаг под горой вопросов.