Мне сегодня опять брат снился, единственный мой брат.

Убил я его.

Только месть за него осталось. Вот я здесь сижу в удобном кресле и жду воздаяния.

Смотрю.

Есть куда посмотреть. На главный экран выведены каналы с камер этого богом забытого городка, на задворках обитаемых миров.

Могила для наёмников готова.

Здесь они и сдохнут. Я не отвожу глаз. Камеры показывают пустую мэрию. Дурацкое серое здание из местного камня, с пошлыми колонами и пилястрами, окнами, открытыми нараспашку, по тёплому сезону.

Нищий городок не может себе позволить даже систему кондиционирования воздуха для единственного общественного здания. Голытьба!

Зато можно сразу начать стрелять из окон.

Местные сидят внутри, ждут, готовы начать пальбу.

В этом сером каменном здании, и в соседней гостинице напротив, и в местном храме неведомого бога на другой стороне площади, собраны со всего городка рабы, способные стрелять более или менее прицельно.

Все местные в этот день умрут.

Они рабы уровня «0», срок жизни 12 часов, потом отторжение имплантата и смерть.

Зато за эти часы выполнят любое приказание их командира, а приказание простое — улыбаться наёмникам и отвечать на вопросы. Всячески демонстрировать корректность и дружелюбие. Начать стрелять по команде. И сдохнуть от рук наёмников быстро и мучительно, или на закате от энцефалита медленно и мучительно.

Но я милосердный человек, я не позволю своим рабам умирать долго. На корабле припасена ядерная боеголовка. Городок будет оплавлен. Стёрт с лица земли. Я убедил Серого выдать ракету. Он согласился с моими доводами, что трупы не должны попасть на вскрытие. Ядерный взрыв всегда можно оправдать подлостью наёмников. Они мерзавцы. Люди охотно верят в мерзость.

Мне мало убить их. Мне надо их посмертно опозорить.

Жаль, я не увижу этого.

Не верю!

Во всех этих богов, что поразвелось как крыс на зерновой барже. Не верю

Я Бог!

Мне отмщение! Аз воздам!

А там конец.

— Челноки с десантом отстреляны. Десант высажен в полном составе. — доложил тощий как палка, смуглый южанин.

На экран вывели карту. Значки с наименованиями кораблей и их параметрами, и классами. Мне сугубо безразлична, мышиная возня флотских.

— Друзья мои! В канун сражения и перед лицом свершений наполним бокалы на удачу. Пусть Боги Победы осенят нас своими крылами, вселяя ужас в сердца врагов! — Командор нарушил предбоевое молчание.

Дверь рубки отъехала в сторону, и появилась стайка клонов.

Девушки полностью обнажённые, личики, груди, попки, ляжки, эффектные движенья.

Офицеры маслено разглядывали наготу рабынь.

Пошлость.

Пираты — быдло. Не могу представить, такое блядство в рубке боевого корабля Клана Грей.

Передо мной встала на колени миниатюрная блондинка, не глядя я взял рюмку с прозрачным пойлом и встал слушать речь Командора.

Это уже пятая рюмка за сегодня, мне она точно не повредит. Я, как увидел во сне брата-покойника, долго не мог встать со шконки. Память — страшная паскуда, она выкуп берёт только бухлом, но всё равно возвращается на следующую ночь.

— Боевые мои собратья, — Командор обвёл глазами рубку. Выпьем за нашу несомненную победу. Я буду краток. Воистину могучая человеческая наука создала для нас абсолютное оружие, и мы повергнем наших ничтожных врагов во прах! А сейчас возблагодарим создателя нашего вундерваффе — гения науки, титана познания, мудрейшего учёного всех миров — Тит Грейстоун из клана Грей!

Аплодисменты, улыбки, крики «Виват», «Слава», «Аллилуйя».

Вот она слава.

Я долго её ждал — меня признали воины.

Как я об этом мечтал.

Благородные офицеры при мундирах, устраивают мне овацию.

На главный экран вывели моё изображение.

Я стою, нелепо улыбаясь с рюмкой водки, в мятой, заляпанной кровью хирургичке, небритый и с красными от недосыпа глазами.

Да, они пираты, но и я недобитый Грейёныш.

Отверженный с Отверженными.

Это слава!

Мы все выпили стоя.

Спасибо тебе Командор, интересно как пить боевому офицеру со шпаком.

С тем, кого решил ликвидировать?

Не верю!

В Триединого Господа чья вера пришла с праматери Теры. Не верю!

Если прав тот сумасшедший проповедник, меня за то, что я совершил, ждёт Ад и Геенна огненная.

У меня в души геенна куда как поогненее!

Я поставил рюмку на поднос. Рабыня-клон терпеливо ждала. Груди у неё не большие и не малые, прекрасно ложатся в руку. И синие глаза, даже фиолетовые.