Римская Империя.

г. Фермопилы.

Уже прошло несколько дней с момента возвращения Юлия на родину. Император встретил его почти как сына, который вернулся из долгого странствия. Хотя почти так и было.

Генерал римских легионеров привез с собой соглашение с царем Петром о взаимовыгодном сотрудничестве между странами. Также они хотят отправить в Римскую Империю несколько сотен солдат для повышения квалификации и общих учений. Все это необходимо для противостояния монстрам из Дикой Зоны.

Также ни для кого не было секретом, что количество монстров и их качество заметно возросло. Прорывы происходили все чаще, и уже не в местах скопления магов, а вообще в любом месте.

— В целом, довольно таки неплохо в Российской Империи, — сделав глоток вина, Юлий закусил тонкой пиццей Маргаритой.

Напротив него сидел его старый друг полководец Стефанос, в простонародье Стеня. Мужчина среднего возраста с легкой седой бородкой. Юлий относился к нему, как к старшему брату.

— Да кто запивает вино двадцатилетней выдержки какой-то придорожной пиццей! — всплеснул тот руками.

— Прости добрый друг, — похлопал Юлий своего товарища по плечу. — Просто отвык от такой еды. Вот скажи, ты когда-нибудь пробовал блины?

— Блины?

— Да… Это что-то похожее на питту, но тоньше и жирнее. В него заворачивают разные начинки и получается очень даже недурно. Особенно, когда обмакиваешь в сметане.

— Ну знаешь, сметану ему подавай! — ухмыльнулся Стефанос. — А как вообще этот Кузнецов? Тебе удалось провести с ним поединок?

— Да, — мечтательно ответил Юлий. — Этот парень все же не досягаем…

— Да ладно, — улыбнулся мужчина. — Не может быть, чтобы сам Юлий сказал, что кто-то слишком сильный. К тому же у тебя такая предрасположенность…

— Да, друг мой, это так… Михаил Кузнецов, возможно, будет тем, кто затмит Александра Есенина.

— Ха, да не может быть! Не поверю, пока не узнаю! Есенин, ты же про того самого?

— Ага. Помнишь, полгода назад он помог нам с морским прорывом?

— Такое не забудешь, — кивнул Стефанос. — Сколько ему хватило времени? Около пяти секунд?

В кармане завибрировал телефон, и Юлий ответил.

— Юлий, — услышал он встревоженный голос Императора. — Перейду сразу к делу. Недалеко от Фермопил со стороны залива надвигаются орды нежити. Никаких конкретных данных у меня нет, так как враг перекрыл все средства связи. Там куча кладбищ павших воинов прошлого, так что враг, скорее всего, очень силен. Около пяти тысяч воинов.

— Некромант? — вскочил Юлий. — Но разве их не перебили?

— Ничего не могу сказать… — ответил Император. — Проход через Фермопильское ущелье. Если он прорвется дальше, трагедии не избежать. Я уже связался с лекарями и паладинами. Твоя задача дождаться подкрепления и сдержать противника. Ты же находишься у себя на базе? Верно?

— Да, Император.

— Тогда ты сам разберешься, кого брать, а кого нет…

Как только Юлий отключился, он еще несколько минут молча смотрел в пространство. Он понимал, что масштабы несоизмеримы. И шанс на то, что он останется в живых, очень мал.

Некромантия. Запретная магия, которую искоренили много лет назад. И это сделал не кто иной, как Лермонтов.

— Что случилось? — взволновано спросил Стефанос.

— Друг мой, ты пойдешь со мной на верную смерть?

— Всегда, — без раздумий кивнул мужчина и сжал кулак. — Погибать, так только в хорошем сражении! Может, в этот раз мне подарят достойную смерть!

— Как и всем нам, друг мой, — он встал и посмотрел на часы. — Собирай спартиат.

— Все триста?

Юлий улыбнулся.

— Когда я гостил у Михаила, то познакомился с одним из его друзей. Он бы тебе ответил шуткой про тракториста.

— Не понял?

— И не надо, друг мой, выходим через два часа с южных ворот, — после чего Юлий вышел из кафе.

— Простите, — тут же появился официант. — Ваш счет.

— Вот мелкий засранец! — улыбнулся Стефанос и достал кошелек.

* * *

Луна окрасилась в багровый цвет, когда на вершине горы около побережья Фермопильского ущелья сторожевая башня затрубила тревогу.

Юлий Деций Меридий, генерал Римской Империи, вышел вперед и увидел море мертвецов, надвигающихся на него. За ним стояли его лучшие воины. Всего их было триста человек, но каждый стоил целой армии. Щитом к щиту, плечом к плечу, они загородили собой весь проход.

Нежить приближалась. Это были не павшие войны, не разложившиеся трупы — а нечто худшее. Их глаза горели едва заметным зеленым светом. Кости стучали друг о друга, окутанные черной дымкой. И все это сливалось в огромное черное море из нежити.