Потряс головой, выбрасывая предательские мыслишки. Любое секундное промедление из-за убийства очередного жука грозило обернуться катастрофой, горстка плазмоидов не компенсирует потерь. У армии должен быть командир, и сегодня эта роль досталась мне.

Роботы Рокси шустро перегородили некоторые улицы толстыми металлическими стенами. Мы создали слегка извилистый тоннель, ведущий прямиком к башне Легиона. Она появилась позже и находилась в стороне от промышленных кварталов, в теории жуки должны следовать прямо туда.

Расчёт сработал, императрица любезно приняла приглашение «потанцевать», направив все силы в выделенный тоннель. Ей так показалось логичнее, чем проламывать оборону Касстры в куче мест и захватывать каждый миниатюрный форт, в который мы превратили наши здания. Похоже, её вообще не волновал город, особенно когда до башни остался последний рывок.

Разумеется, в бурную жучиную реку непрерывно стреляли из всех окон и бойниц, взрывались мины и гранаты. Мелкие твари не проходили дальше первого поворота, в отличие от хорошо защищённых носорогов, прокладывающих дорогу через многочисленные ловушки. Враг неумолимо продвигался квартал за кварталом…

Совсем худо стало, когда к ним присоединились джаггернауты. Они отвернули в сторону, прокладывая новые дороги на радость заполнившим улицы арахнидам.

Последняя линия нашей обороны выглядела впечатляюще — всю бронетехнику собрали в одном месте. В основном она напоминала земные танки: одно основное орудие против крупных тварей и парочка пулемётов на борьбу с мелочью.

Существовал и отдельный подвид мобильных машин со скорострельными пушками, по замыслу создателей на них следовало нестись быстрее жуков и убивать преследователей. К классической бронетехнике добавились все оставшиеся роботы и переродившиеся Легионеры.

Финальное сражение началось с мощного взрыва — плазмоид залепил заряд прямо в основание башни Легиона. Космический сплав выдержал, следующие выстрелы отразило гудящее силовое поле. Мы подключили барьеры к городскому реактору, по идее, должны выдержать случайные попадания, остальное за нами.

Натиск был страшным. Оказавшись в шаге от победы и поражения, обе стороны выкладывались на полную, бросив в бой все резервы. Единственное моё отличие от императрицы заключалось в одном простом факте — последний козырь я приберёг напоследок.

Дождавшись подхода основной группы плазмоидов, направил в них оставшуюся сотню брандеров. Вражеские летуны были слишком заняты попытками пробить оборону башни и подавлением нашей ПВО, откровенно прошляпив момент взлёта конвертопланов. Устроенные нами взрывы получились гораздо масштабнее самоубийственной атаки стрекоз. Всю площадь перед Касстрой залило нестерпимо жарким огнём, отрезавшим жуков от подкреплений.

Дальше от меня ничего не зависело. Оставив командный пункт на сменившую меня Фокси, я наконец переместился в боевую оболочку и выскочил из башни Легиона в самую гущу сражения. Казалось, «Клыки» восторженно гудели, рассекая жучиную плоть и хитиновые панцири.

Я убил около дюжины арахнидов и забежал на панцирь ближайшего джаггернаута, неумолимо прущего к цели. Времени проделывать отверстие в панцире к нервному узлу не оставалось, обошёлся древним способом, отрубив ему парочку лап. Хотел больше, но прятавшийся под брюхом метатель удачно попал залпом игл, и яд практически мгновенно уничтожил оболочку. Ничего, у меня есть запасные…

Финальное сражение длилось около трёх часов. Жуки не сдавались до последнего в попытках уничтожить башню Легиона. И, стоило признать, у них почти получилось! Ключевое слово «почти».

Последней соломинкой, переломившей спину верблюда, стала смерть летунов. Не зря мы жертвовали корветами и обстреливали их «Молотом» в сражении у Врат, они наконец закончились! Взамен императрица получила повреждение внешнего контура башни, арахнидам даже удалось прорваться внутрь, где их встретили Легионеры-одиночки.

Зачистка неба позволила нам вернуть в бой корабли. Бьющие прямой наводкой крейсеры вместе с домами-крепостями хорошо прореживали казавшееся бесконечным жучиное море, делая упор на плазмоидов.

Перестрелка вышла жёсткой, много кораблей получило критические повреждения, но в один прекрасный момент на горизонте показался край. У императрицы закончились солдаты!

Следовало отдать ей должное, мы прошлись по краю, судьба Верданокса висела на тончайшем волоске. Сражения внутри башни считались лебединой песней, окажись у неё немного больше солдат или хотя бы десяток дополнительных королевских гвардейцев, мы бы точно проиграли.

Когда на месте очередной убитой твари не оказалось новой, я не сразу осознал произошедшее. Осмотревшись в поиске новой цели, обнаружил себя на вершине груды обломков и дохлых туш, опущенное энергетическое лезвие «Клыка» неторопливо проплавило стальной прут.