— Целую, милая, — сказал я в ответ и довольно улыбнулся, радуясь возможности «подколоть» майора.

— Ты не увлекайся, кадет. Целует он, — буркнул Лещёв и отключился.

Я вернулся к столу.

— Андрей Георгиевич, мне, право, очень хотелось дать вам шанс разобраться в своём Даре, — Колыванов зачем-то принялся загибать края салфетки, будто не знал, куда деть руки. — Да, я не скрываю своего научного интереса, но в тандеме мы могли бы перевернуть фундаментальные основы магического мира!

— А что мешает изучать меня в Москве? Неужели так трудно создать лабораторию с разрешения обоих государств и под обоюдным надзором проводить опыты?

— Кто же делится рецептом вкусного пирога с потенциальным противником? — мудро проговорил Колыванов. — Для фундаментального изучения анти-Дара нужна специальная аппаратура, которую в Россию никто не разрешит поставлять. Да и работать под надзором господина Брюса я не готов.

— Уважаемый магистр, — я сел напротив и бегло взглянул на часы. Думаю, пяти минут достаточно, чтобы задержать Колыванова за столиком и не дать ему увидеть, как «пакуют» его друзей. — Вы прекрасно понимаете, что ваше желание — утопия. Антимаг — страшная опасность для высокородных одарённых, кем бы они ни были: английскими лордами, русскими князьями или конунгами. Меня устранят без сожаления. Я не тешу себя иллюзиями, поэтому ни в какую Англию не поеду. Это билет в один конец.

— Речь не мальчика, но мужа, — грустно улыбнулся магистр. — Что ж, я уважаю ваше решение. Было приятно сотрудничать и общаться с таким неординарным юношей, как вы.

— Постойте, а почему такой пессимизм в голосе?

— Меня отзывают в Академию. Вечером улетаю вместе со своими коллегами.

— Значит, вы заранее взяли билет, потому что были уверены в моём отказе? — догадался я.

Колыванов смутился, но быстро взял себя в руки.

— Скорее, подстраховался. В случае вашего согласия я бы сдал билет и остался в Москве урегулировать проблемы с разрешением на выезд. А вы могли бы спокойно обсудить со своими девушками, кто из них сможет поехать с вами в Лондон. Британия не обеднела бы от покупки лишнего билета.

Меня подмывало задать вопрос, кем были на самом деле его коллеги Витольд и Корней, и правда ли, что решение ликвидировать Антимага уже принято, но я сдержался. Самовольство могло привести к срыву операции. Раз Колыванова решили не трогать, значит, контрразведка и СГБ затеяли какую-то игру. Лучше не мешать. Некстати всплыло в памяти столкновение с Факиром. Где он сейчас, интересно? Жив ли?

Ещё раз бросив взгляд на часы, я решил, что пора идти. Расплатившись за кофе с эклерами, быстро оделся и вместе с телохранителями и магистром вышел на улицу. Огляделся вокруг. В парке по-прежнему разливалась нега и спокойствие. Ярко светило солнце, искрился снег, лениво шевелились от ветра пушистые лапы сосен, по дорожкам сновали люди.

— Прощайте, Андрей Георгиевич, — а голос-то у Колыванова дрогнул. Наверняка, его поставили в известность, что меня будут ликвидировать. Хотя… могли и вслепую использовать, в качестве заманухи в ловушку одной редкой зверушки с Даром Антимага. — Может так статься, что мы и не увидимся более. Впрочем, я давно уже понял: жизнь выписывает невероятные зигзаги. А вдруг вам придётся побывать в Лондоне? Обязательно загляните в Академию. Буду очень рад встрече.

Он протянул мне руку. Поколебавшись мгновение, я пожал её, и Колыванов, чуть сгорбившись, быстро зашагал по нечищеной дорожке, только в противоположном от стоянки направлении.

2

На стоянке как будто ничего и не произошло. «Фаэтон» оказался на месте, Корень и Тимур скучали во внедорожнике, но глаз с моего красавца не сводили. Увидев нас, Корень выскочил наружу, и поскрипывая снегом, заторопился навстречу.

— Андрей Георгиевич! Вас в «Фаэтоне» дожидается мужчина, — доложил он.

— Как всё прошло? — поинтересовался я, гадая, кто это может быть.

— Да мы и понять ничего не успели, — пожал плечами парень. — Какой-то вихрь налетел, несколько серьёзных ребят в гражданской одежде ловко так блокировали дамочку, что она и пикнуть не успела. Спеленали какой-то магической техникой, бросили в подъехавшую машину — и след их простыл! Вот работают спецы! Любо-дорого смотреть.

— У нас профессионалы не хуже, — усмехнулся Игорь. — Один Рахимбек чего стоит. Надо ему подсказать, чтобы с вами, салагами, побольше занимался.

— Не-не, я же не это имел в виду, — тут же стал открещиваться Корень. — Хотел только доложить…

Парни беззлобно рассмеялись. Я дал им знак оставаться на месте, а сам направился к «Фаэтону». Открыл заднюю дверцу и нырнул в тёплое нутро салона.

— И почему-то не удивлён, — сказал я. — Здравия желаю, господин майор.

— Здорово, Танцор, — Лещёв пожал мне руку. — Как сам?

— Да вот переживаю, а вдруг мне в кофе, когда готовили, отраву насыпали? — с серьёзным видом сказал я.

— Не ссы, кадет. Вас сегодня наш человек обслуживал, — усмехнулся майор. А другой присматривал за работниками кафе.

— Длинная рука у господина воеводы!

— А ты как думал… Ладно, лирику побоку. Взяли мы чародейку. Как и предполагали, накрылась «вуалью», но маги Брюса её засекли на подходе. Аккуратно разрушили защиту, чтобы можно было снять закладку мины на камеру. Девица даже не почувствовала, что за ней следят. Взяли быстро, аккуратно, колоть стали сразу же в машине.