На видео же попал почти весь лагерь. Правда, ночь, и видно не очень хорошо, но можно было подкрутить яркость видео. Так что мы увидели строящиеся дома, сотни костров, за которыми расположились солдаты, многочисленные шатры, палатки и недостроенный частокол.

Ну и собственно портал. А потом я листанул очередное видео и тут же вернул его обратно… Ну полторашки! Ну заразы…

— Выглядит серьёзно… Я про лагерь, — тут же поправился Гадюкин. — Что вы предлагаете?

— Опасаюсь, что, если начать их бомбить, они используют зомби и выпустят их, чтобы устроить хаос на Земле, — озвучил я, и мужчина осторожно кивнул. Видимо, тоже думал об этом. — Поэтому предлагаю сделать иначе. Это место находится где-то здесь.

Я открыл карту и ткнул на точку северо-востоке от Нижневартовска.

— Думаю, нужно или эвакуировать эти населённые пункты, или укрепить их. Скажите, что проходят учения, — я показал на город Радужный, село Ларьяк и прочие. — И ещё, никакой авиации.

— Чтобы противник не понял наши возможности? — спросил агент спецслужб.

— Да. Мы пока не знаем, как закрыть портал. И если его не удастся закрыть… Думаю, вы понимаете…

— Понимаю. Тогда как будем действовать? Мы защитим селения. Что дальше? Вдруг они уйдут ещё дальше? К тому же Нижневартовску, к примеру.

— Они привязаны к порталу, — возразил я и сразу объяснил: — Он позволяет им восстанавливать силы, и чем дальше они от портала, тем им тяжелее. Плюс, сейчас суровая зима, и будет не менее суровая весна. Так что время у нас ещё есть. Враг же либо будет обороняться, рассчитывая, что стены защитят их. Либо пойдут в контратаку на меня.

— И тогда мы поможем, — предположил тот.

— Да. Я запрошу поддержку, и после этого пойдём в контратаку.

— А если не сможете закрыть портал?

— Если загнать их обратно в тот мир, то они сами закроют портал, лишь бы мы не пришли к ним, — предложил я.

— Понятно. Я передам ваш план начальству, и они уже решат, что делать.

— Передайте, — согласился с ним. — Ну и вы ведь знаете, что среди них есть невидимки, навыки превращения и системное снаряжение?

— Знаем, и насчёт снаряжения…

— Вы не сможете им пользоваться. Могут только те, кто имеет «Систему». И сразу попрошу остудить горячие головы среди военных. Я провёл исследования и выяснил, какое влияние Система оказывает на людей…

— Землян? — уточнил он.

— Людей, в смысле всех разумных существ. Система — это на самом деле паразит. Она высасывает силу человека и переваривает его душу, делая из неё питательный бульон. И когда «системщик» умирает, Система этот бульон съедает, питая всю «Систему».

— В каком смысле переваривает? — ещё сильнее удивился тот.

— В таком смысле, что, если Система вдруг отключится, все системщики резко умрут, — ошарашил я его. — Можете не верить мне. Моё дело предупредить, а вы поступайте, как считаете нужным.

— Благодарю за информацию, — ответил он после минуты раздумий. — Думаю, реакция на неё будет быстрой.

Мужчина поднялся и, пожав мне руку, уехал. Да и я поехал. К родителям. Сегодня как раз воскресенье, а значит, моя цель дома. И на Занн, которая была только рада ещё немного побегать, я пулей добрался до дома родителей.

Дорога была расчищена от снега и по ней то и дело ездили машины. Нечасто, конечно же, но парочку я увидел.

Калитка не была заперта, так что я вошёл и отпёр ворота для Занн. И дома всё было, как всегда. Вроде четыре века здесь не был, а когда впервые попал сюда после возвращения в наш мир, появились ощущения, что только вчера здесь жил…

Впрочем, это недалеко от истины, ведь из того мира были перенесены не наши тела, а лишь наши души с воспоминаниями. Так что по факту, наши тела никак не изменились. Ну, если не считать божественного исцеления, награду за победу в Игре.

В итоге вся проблема в этом переносе воспоминаний, из-за чего старое «я» и новое «я» перемешались в голове. Даже Джеймс стал более обиженным на мир ублюдком. Да и все остальные герои словно вернулись в детство. Но по факту оно так и есть… По сути, мы — молодёжь с памятью стариков. Причём память с Земли более свежая, чем память Иного мира.

Объясню. Для старого «я» прошло двадцать шесть лет. А для нового «я» — четыреста. Получается, что последний день на Земле и последний день в Эосгаре вспоминаются с одинаковой лёгкостью. И чем раньше, тем сложнее.

Но! Земная память заканчивается на «Двадцать шесть лет назад». А «новая память» заканчивается четыреста лет назад. И выходит, что всё, что двадцать шесть лет формировало меня как личность, как память свежее, чем три с половиной века жизни в Ином мире.

Объясняю ещё проще. Мне куда легче вспомнить то, чем я занимался за неделю до переноса, чем в первую неделю в Ином мире.