На лестничной клетке послышался топот, десятки ног застучали по каменным ступеням, и из-за поворота вывалились полчища заражённых. Они неслись в мою сторону, оскалившись и протягивая руки, готовые разорвать меня на части.

— Да чтоб вас… — выругался я сквозь зубы и прыгнул вслед за Королём Червей.

Ветер ударил в лицо с такой силой, что перехватило дыхание. Глаза заслезились. Кожу обожгло холодом, а сердце забилось в бешеном ритме. Подо мной, летел Король Червей, раскинув руки в стороны.

Я потянулся к мане, активировал магию Ветра, создал под червячком подушку из сжатого воздуха. Король Червей налетел на неё, как на батут, после чего его отбросило обратно, наверх. Я схватил его за горло и заглянул в глаза, безумно расхохотавшись:

— Спасибо, брат, за то что решил смягчить мне падение, — произнёс я за мгновение до приземления.

А на земле нас ждала орда зараженных. Был ли у меня план? Ну-у-у… Можно сказать и так. За пару секунд до столкновения с землёй я услышал крик. Этот крик заставил меня широко улыбнуться.

— Хау дую хрю?! — прокричал знакомый голос с жутким акцентом, коверкающим слова так, что их с трудом можно было разобрать.

В центре толпы заражённых появилась зеленоватая вспышка. Свет погас так же быстро, как и появился, оставив после себя маленькую мохнатую фигурку. Это был Хрюн дэ Лавуазье. Французский бульдог, который привязался ко мне в аномальной зоне.

Он стоял на четырёх лапах, задрав морду, и смотрел на меня маленькими чёрными глазками. После Хрюн разинул пасть, и из его глотки вырвался поток зелёного пламени. Заражённые, попавшие под атаку, моментально испарялись. Пламя расширялось, заполняло улицу, охватывало всё большее заражённых. Они сгорали за считаные секунды, оставляя после себя лишь кучки пепла.

Хрюн крутился на месте как юла. Он изрыгал пламя во все стороны, стараясь испепелить как можно больше зараженных. Запах горелой плоти разнёсся по округе, а в небо взметнулись белёсые облака дыма.

Спустя мгновение мы с червячком врезались в землю. Он затылком, а я — лбом в его переносицу. Послышался хруст ломаемых костей. Если честно, я думал, что сверну шею; нет, конечно же, не себе. У меня всё-таки куча доминант, укрепляющих тело, так что насчёт себя я не переживал.

А вот Королю Червей и правда пришлось худо. Грудину пробили сломанные рёбра, кровь из раздробленного затылка быстро растекалась по мостовой. Однако он всё ещё был жив и улыбался.

— Я же говорил, что за вкусняшки всегда прикрою! — раздался издалека голос Хрюна.

— В таком случае, оставляю этот сброд на тебя, — сказал я, рывком поднимая Короля Червей с земли.

Пёс кивнул, и его маленькое тело начало меняться, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. Кожа на спине вздулась, треснула, из трещин наружу пробились щупальца, покрытые чешуёй и заканчивающиеся острыми лезвиями, похожими на гигантские бритвы. Всего их было восемь штук, по четыре с каждой стороны.

Голова Хрюна увеличилась в три раза, челюсти раскрылись, обнажив несколько рядов зубов. Из пасти пса текла кислота, оставляя на асфальте дымящиеся дыры. По всему телу пробежали разряды молний, синеватые искры перескакивали с одной чешуйки на другую, создавая электрические дуги. Одним словом, Хрюн выглядел впечатляюще.

Когда трансформация завершилась, Хрюн превратился в огромное чудовище размером с грузовик. Он бросился вперёд и врезался в толпу заражённых с такой скоростью, что позади него раздался сверхзвуковой хлопок.

Щупальца мелькали, с неимоверной ловкостью рассекая плоть, оставляя после себя изуродованные тела, разрубленные пополам. Разряды молний соскакивали со щупальц и перепрыгивали с зараженного на зараженного, заставляя их дёргаться в предсмертных конвульсиях.

Хрюн двигался сквозь толпу, как комбайн по пшеничному полю, оставляя за собой только смерть, кровь и обугленные останки. При этом он радостно похрюкивал. Разумеется, зараженные сопротивлялись, точнее, пытались сопротивляться. В пса стреляли, рубили его топорами и мечами, забрасывали огненными шарами и прочими заклинаниями, но регенерация Хрюна тут же восстанавливала повреждённые участки тела.

Я стоял, заворожённо наблюдая за этим побоищем, и понимал, что Хрюн справится и без моей помощи. Возможно сейчас он, если и не на ранге абсолюта, то очень близок к нему. Подумать только, первая псина, превзошедшая человека в мощи. Нужно ему памятник поставить и отдать на опыты Преображенскому. Пусть сделает мне сотню таких пёсиков, и тогда никакой Туз Крестов будет не страшен.

— Ну всё, идё… — начал было я, дёрнув на себя Короля Червей, но осёкся на полуслове.

В моих руках была иссушенная мумия, да и то не вся, а только верхняя часть тела. Нижняя же куда-то испарилась. Я заозирался по сторонам и увидел алый силуэт, бегущий за зданиями в сотне метрах от меня.