– Будет, – парень повернулся ко мне и улыбнулся такой обаятельной улыбкой, что я подумала «а он симпатичный». – Но совсем немного, – вытащил из-за чайника маленькую баночку, и я опять могу поклясться, что до этого никакой посудины там не было.

Налил кипятку в фарфоровую чашку выпуска первой трети прошлого века (у моей мамы есть похожая пара, доставшаяся от бабули) и из заварочного чайника собственно заварки. Я сразу почувствовала довольно приятный запах, напоминающий какой-то цветочный аромат. Но какой – определить не смогла.

– Садись сюда, – парень выдвинул из-под стола деревянный окрашенный коричневой эмалью табурет, похоже, тоже старинный, и уселся на соседний. – Я в постель не подаю, – пояснил очень серьезно, видя мое нежелание вылезать из теплого пледа. – Да и за столом уютнее, – налил чаю себе.

– Спасибо, – сказала я и сползла с дивана, но плед снимать не стала. Так и уселась, напоминая гусеницу перед вылуплением бабочки. – Вкусно пахнет, – понюхала пар над чашкой и чуть-чуть отхлебнула, потому что было очень горячо. Тут же включила свою… не знаю, как назвать, но не интеллигентность точно. Вреднючесть, скорее всего. – А мы разве переходили на «ты»? – с серьезным видом посмотрела ему в глаза.

– А ты против? – усмехнулся парень, еще раз подчеркнув, что ему эти церемонии перехода с «вы» на «ты» на фиг не нужны. – Я вообще-то тебя в свой дом на руках занес, как законную жену, – хохотнул, не отводя от меня взгляда, видимо хотел посмотреть, как я на это отреагирую. – Не находишь, было бы странно после этого выкать?

– Ну, для законности надо отношения в загсе узаконить, – хмыкнула я и решила не спорить на тему «ты-вы». Глупо было бы пререкаться из-за такой ерунды и корчить из себя буку. – Не находишь?

– А ты считаешь это важно? – прищурился он и перестал улыбаться.

– А чай с чем? Я не поняла, – не нашлась я, что ответить. Потому что разговор перетекал в щекотливую плоскость. – Вроде травой какой-то пахнет.

– Мелиссой. Тебе ж успокоиться надо. Вон дрожишь до сих пор, – ответил парень, слегка отхлебнув из своей чашки. – Горячий. Я такой не очень люблю, – налил в блюдце остывать. – А ты ночью-то что тут делала? – спросил то, о чем давно видимо хотел узнать. – Вроде за яблоками лазить еще рано, – потроллил меня.

– Особенно в таком сарафане, – решила я не уступать, чтоб не чувствовал себя королем подколов, и скинула с себя плед, отбросив его на диван, показывая себя во всей красе. Бабочка вылупилась, хе-хе. – Жаль, что я не человек-паук, чтобы через заборы перемахивать в короткой юбке, – встала, чтобы поправить задравшийся подол и красиво (как учила Наташка) наклонилась. Ровно так, чтобы мое декольте оказалось у него перед носом.

– Пожалуй, да, я погорячился, – парень кашлянул, но глаз от моей груди не отвел. – В таком не полезешь, – продолжал следить за мной, пока я усаживалась на табурет. – Так как ты тут оказалась? – спросил на этот раз со странной подозрительностью.

– С вечеринки шла, – не стала я скрывать правду и обхватила чашку ладонями, чтобы согреться, подумав, что плед скинула зря. – Решила дорогу сократить. Так до дома быстрее, – махнула рукой в сторону высоток. – А тут собака напугала. Зараза черная.

– А-а, – протянул парень, о чем-то размышляя, и замолчал. Затем взял блюдце с остывшим чаем в правую руку и стал что-то в нем рассматривать, потеряв ко мне интерес.

– Она твоя? – спросила я, чтобы что-то спросить, потому что нависшая вдруг тишина мне не понравилась. Мой спаситель только что был таким приветливым, с ним было приятно поболтать, и вдруг стал букой, какой бываю я, когда человек мне не нравится. Я почувствовала это. – Или соседская сбежала? – добавила, чтобы как-то его расшевелить.

– Что? – парень перевел глаза, упорно смотревшие в блюдце, на меня. Похоже, он не слышал, что я говорю. – Собака? Нет, не моя, – снова замолчал, вернув блюдце на стол, даже не отпив, и уставился в темноту за окном. То ли в сад, то ли куда-то вдаль.

Еще с минуту мы дружно молчали, а потом я встала.

– Я домой пойду, – решила не доставлять больше парню хлопот.

Подумала, спать ему пора, завтра небось на работу, хоть сегодня и пятница, и только из деликатности не выставил меня раньше. А мне самой хозяин дома очень понравился. Ну, действительно. Симпатичный, особенно его невозможные светло-карие глаза. В них определенно есть что-то таинственное. Заботливый, не бросил меня на растерзание жуткой псине и даже чаем напоил. На руках занес как жену. Ой, это здесь ни при чем. Просто он сильный, мускулистый и… В общем, милый.

Я даже начала было размышлять о более тесном с ним… Не-не, речь не о сексе, а об обычном общении. Или хотя бы о нормальном знакомстве. Мы ведь даже не назвали друг другу своих имен. А теперь-то уж чего? Пошла я домой, эх.

Но тут мне захотелось допить чай. Все-таки неприлично оставлять почти полную чашку. Хозяин же старался, чайник ставил, мелиссу заваривал. Поэтому я большим глотком, чтоб быстрее отделаться, отхлебнула. Чтоб меня! Горячий напиток обжег рот. Но вместо того чтобы выплюнуть его обратно в чашку (я сочла, что это некрасиво), проглотила. И это еще полбеды. Беда пришла, когда я поперхнулась, закашлялась и чуть не задохнулась.