Выпучила глаза, как у рыбы, и также как рыба стала разевать рот не в силах вздохнуть. Еще бы немного и начала терять сознание. В этот момент меня снова спасли. Парень подскочил ко мне, обхватил руками под грудью, но трясти, как положено в таких случаях, не стал. Просто приложил к моему телу горячие ладони. Возникло ощущение, будто мне налепили горчичники, так сильно стало в этом месте жечь. И странное дело – задыхаться я тут же перестала.

А потом он развернул меня к себе.

Наши глаза встретились и… А вот ничего и не случилось.

– Нормально себя чувствуешь? – спросил парень и пояснил, увидев немой вопрос в моих глазах. – Тибетская методика. Я некоторое время там учился. Вижу, помогло, – разжал руки и выпустил меня из объятий.

– Тибетская? – переспросила я и удивляться перестала.

Слышала что-то такое и о том, как на востоке руками лечат, читала. И вроде Наташка (или Люда?) рассказывала, как одной ее знакомой с работы китайский целитель доброкачественную опухоль ладонями «выжег». Ну, выжег не выжег, только опухоль потом не нашли. И это реальный факт. А женщина потом делилась своими ощущениями, говоря, что сильно жгло. Наверное, и этот что-то подобное умеет, раз сказал, что учился.

– Не замерзнешь? На улице еще не потеплело, – парень с насмешкой осмотрел мой сарафанчик с ног до головы, источая непонятные флюиды и пробуждая во мне странные чувства, но останавливать меня не стал, когда я подхватила свою сумочку с дивана и сделала шаг в направлении двери.

И в этот момент что-то в меня вселилось, или кто-то, не знаю, но я остановилась и повернулась к нему:

– А слабо замерзшую девушку согреть?

И как у меня язык-то повернулся? Но раз уж ляпнула такое, решила продолжать в том же духе. Или невидимый кто-то меня за язык потянул. Откуда только смелость взялась? Или наглость. Хотя, если подумать, знаю, откуда. Вспомнилась Наташкина игра про ночь с незнакомцем. Вот видимо и включилось во мне желание не проиграть. А тут и парень ничего, и сам не пристает, даже обидно. Не уродина же я, чтоб меня как женщину игнорировать.

– Так как? Согреешь? – захлопала я соблазнительно ресницами словно принцесса из мультика.

– Еще чаю? – откровенно засмеялся он, что меня еще больше раззадорило.

Тут мой чертик из табакерки вырвался наружу и полетел на всех парах навстречу приключениям.

Я подошла к парню вплотную и уперлась своей грудью в его крепкие мышцы. Подумала еще «а парниша-то качается, зачем это врачу» и обняла его за шею. И пока он не опомнился, приподнялась на цыпочки и полезла целоваться. Нагло, без предварительных сюси-пуси. Да, вот так. Решила, что если после этого спустит меня с крыльца, то хоть будет о чем рассказать девчонкам, чтобы вместе посмеяться. Не надо мной. Над парнем, который не оценил легкую добычу в моем лице. Идиот.

Однако мои худшие опасения не оправдались. Постояв секунд пять как столб, видимо опешил от моей прыти, парень ответил на мой поцелуй. Да так крепко, что у меня самой перехватило дыхание. Ни фига себе! А потом стал работать языком… В общем, мы еще долго целовались. Затем он начал меня гладить по спине, по попе и прижимать к себе. И мне были приятны его прикосновения. На этот раз не жгло, но каждая клеточка моей кожи, по которой он проводил руками, бежала ему навстречу и кричала «давай еще».

Чтобы закрепить успех, я опустила одну руку вниз и стала поглаживать то, что уже давно обозначилось твердой выпуклостью между ног парня. А затем, плюнув на все условности, залезла под резинку его спортивных штанов.

– Ты, правда, этого хочешь? – глухим голосом спросил он, перестав меня целовать. – Ну, будь по-твоему, – увидел, как я согласно кивнула головой, и подхватив меня на руки, понес на диван.

По дороге я кинула на пол сумочку, сбросила босоножки и… провалилась в любовное сафари.

Я называла его «мой тигр», а он меня тигрицей. Мы еще и рычали как эти зверушки. И одним разом не ограничились. Было и два, и три, и четыре. Мне было весело, приятно, захватывающе, и получила я кучу ярких эмоций, которые своими ласками вызывал во мне незнакомец. Я, кстати, так и не узнала, как его зовут.

А потом опомнилась. То ли потому, что забрезжил рассвет, то ли потому, что мой чертик из табакерки сдох.

– Мне бы помыться, – попросила я, водя пальцем по его голой груди, когда мы обессилено лежали на диване, и подумала, что взойдет солнце, и я не смогу глядеть ему в глаза. Стыдно.

– У меня пока нет душа. Ремонт, – парень приподнялся, выпуская меня из объятий. – Могу организовать тазик с горячей водой. Подойдет? – я кивнула, и он встал. Стройный, поджарый, с рельефным прессом и упругой попой. Фух, я отвела глаза. – Сейчас принесу, – пошел к двери, ведущей в дом.

А я вспомнила, что Наташка просила подтверждения веселой ночки, то бишь фотку моей порочности. Дотянулась до сумки и вытащила телефон, щелкнула моего тигра уже в самом проеме. Что вышло, рассматривать не стала. По крайней мере, голого мужика было видно. Жаль, что без лица, но и так сойдет. Доказательство есть. Спрятала телефон обратно, а потом… дура, наверное… решительно оделась и выскочила с веранды. Пробежалась по каменной дорожке к ограде и бегом понеслась домой.