— Добрый вечер, Игорь Михайлович, — почти одновременно произносят Луиза и Юля.

Он переводит взгляд на управляющую и, пройдя в кабинет, садится за второй стол лицом к Луизе.

— В чем провинилась эта девочка? — спрашивает он, кивая в мою сторону. Голос у него безумно приятный. Тягучий и низкий. А тон суровый.

— Устроила скандал с клиентом, — Луиза упирает в стол локотки и, сплетя пальцы, устраивает на них подбородок. Выглядит скучающей, будто говорит о чем-то будничном и заурядном. — И он ушел, не сделав заказ.

Что она наговаривает-то? Это клиент устроил скандал со мной… хотя так будет звучать еще хуже.

— Это был не просто клиент, — все же пытаюсь оправдаться. — Это мой бывш…

Замолкаю, когда Игорь Михайлович переводит свой черный острый взгляд на меня.

— Продолжай? — произносит спокойно, но меня до мурашек пробирает его тон.

— Бывший муж. Я подала на развод, вот он и пришел ругаться… — договариваю на выдохе. Звучит виновато, хотя я по сути не при чем.

— Бывший, значит? — задумчиво произносит Игорь Михайлович, затем смотрит на Луизу и Юлю и деловым тоном добавляет: — Оставьте нас.

Ч-что? Эй, не надо оставлять меня с ним наедине! Куда вы? Обе девушки поднимаются и беспрекословно выходят из кабинета.

— Ты говорила, что тебе нужна работа, это правда? — спрашивает Игорь Михайлович, немного морща высокий лоб, на который спадают пряди челки.

У него пронзительный взгляд. Я тону в его черных глазах, даже на мгновение забывая, о чем речь. Быстро спохватываюсь.

— Нужна! Очень нужна, — в душе вспыхивает слабая радость. Неужели он даст мне второй шанс? — Мне нужны деньги, чтобы снять комнату и не жить с мужем.

Игорь Михайлович встает и медленно выходит из-за стола, а я непроизвольно делаю шаг назад и ощущаю филенку двери лопатками. Да ну не станет он тут ко мне приставать. В мозгу красным прожектором уже светится логическое «Бежать!» и иррациональное «Остаться».

Но к моему удивлению этот образец мужского шарма опирается бедрами о стол Луизы и разглядывает меня. Как будто перешел, чтобы оказаться строго напротив меня.

Я плавлюсь под его взглядом, хотя и не могу разобрать выражения. Что этот Игорь Михайлович хочет разглядеть? Сейчас по мне мало что увидишь. Я точно не модель для кастинга на неделю моды. Фартук, больше похожий на длинную прямую юбку, скрывает ноги. Рубашка как рубашка, ничего особенного, разве что приталенная. Волосы собраны в пучок на макушке, чтобы в еду не упали. Я выгляжу более чем обычно. Макияж и тот, наверное, стерся за этот длинный день.

— Вы можете поговорить с Луизой, чтобы она меня не увольняла? — все же заставляю себя нарушить молчание. — Я больше не допущу скандалов, обещаю!

Лицо Игоря Михайловича становится насмешливым.

— Нет, решения Луизы я не оспариваю. Она управляет рестораном, и подбор персонала — ее задача, — он хищно прищуривается. — Но, возможно, ты сгодишься для другой работы.

8

Под воротник рубашки забирается холодок и скользит вниз по спине.

— Какой работы? — спрашиваю с опаской, потому что догадки не самые приятные. Уж очень сальным кажется мне его взгляд.

— Моей личной помощницей, — отвечает он прямо. Считывает мою реакцию.

Непроизвольно качаю головой, хотя головой понимаю, что принимать надо любое предложение.

— Ты английский знаешь? — спрашивает он следом более мягким голосом.

— Да, на твердую четверку, — отвечаю честно и поясняю: — Пишу отлично, говорю хорошо, понимаю немного хуже.

Игорь Михайлович кивает.

— С деловым этикетом знакома? — спрашивает с интересом, но это не вызывает доверия. — Знаешь, как вести себя в ресторанах и на деловых встречах?

Взвешиваю, могу ли я сказать, что знаю этикет. Отец не отдавал меня ни на какие курсы, но правила хорошего тона и манеры прививал с детства.

— Наверное, да, — отвечаю неуверенно. — Если что, у меня высшее образование, менеджер по персоналу, но я по специальности не работала.

— Твое образование мне неважно, — бархатисто произносит Игорь Михайлович, а потом добавляет уже деловым звонким голосом: — Ты мне подходишь. Собирайся, у меня деловые переговоры через час, поедешь со мной.

Подождите-ка, уважаемый. Мы так не договаривались.

— Я еще не дала согласие работать! — выговариваю возмущенно.

Брови Игоря Михайловича взлетают на лоб. Губы растягиваются в неверящей улыбке.

— Звучит так, будто у тебя много вариантов, — он посмеивается. — Впрочем, если не нравится, дверь у тебя за спиной. Закрывая, прижми плотнее.

Замираю в нерешительности. Или в лапы к Марку, или ехать непонятно куда, непонятно с кем, в ночь… Да еще и непонятно, что там делать.