Возле входа послышалось кряхтение и скрип деревянных ступенек. Потом мелкая девчушка отодвинула полог с любопытством заглядывая внутрь, а следом вошла Шена с дымящимся подносом, заставленным снедью. Гарий тут же подскочил и пододвинул к кровати, на которой я сидела столик, на который Шена тут же поставила поднос:

– Не обессудьте госпожа, - Шена поклонилась, продуктов не так много осталось вот все, что смогли собрать.

Я посмотрела на поднос, думаю, травить меня они не будут поэтому решительно подвинулась к краю кровати и рассмотрела, что мне там принесли. Какие-то плошки со странными соусами, нарезки из которых я разобрала буженину и сыры. Остальное какое-то все подозрительное, незнакомое. Оно и понятно я не на Земле тут и еда не обязательно такая, как на родине.

Привередничать не стала, желудок требовал еды, так что я понюхала плошки с соусами и найдя красный, похожий на томатный, стала есть нарезанное мясо, макая его в соус. Подняла взгляд на стариков, которые замерли как суслики, смотря на меня голодными глазами, чуть не подавилась. Девчуля выглядывала из-за подола бабки, которая старалась вытолкать ее из кибитки.

– Шена одежду мне принеси или найди, - кивнула я женщине, - а девчонку оставь, она потом посуду заберет. Нижняя губа у Шены затряслась, а мне в голову стукнуло, что Ядовитой мою предшественницу называли не зря, чего только почившие мужья стоят.
– Да не бойся, ничего с твоей внучкой не случится.

Старуха поклонилась и нехотя вышла из кибитки. Я подозвала девочку к себе взмахом руки. Такие жесты повелительные получались рефлекторно, видимо, по наследству от бывшей хозяйки перешли. Даже задумалась на секунду, может ли быть такое что я постепенно получу память бывшей владелицы, даже плечами передернула, чур меня от такой напасти. Нужно следить за собой. Лет девочке было где-то десять двенадцать, грязные волосы были причесаны и заплетены в косы, платье такого же серого цвета как у стариков, подвязано толстой веревкой. Ну хотя бы умыта, только взгляд такой же голодный, как у стариков.

– Как зовут?
– спросила я ее.

– Люсина госпожа, - девочка смотрела открыто без боязни.

– Кланяйся дурында, - прошипел стоящий возле дверей Гарий, девочка тут же склонилась.

– Бери, ешь что хочешь, - кивнула я на свой поднос.

– Госпожа, - что-то хотел возразить Гарий, но я посмотрела на него строго, и его голос тут же утих, а лицо опустилось к полу. Ну хоть лбом об пол биться не стал и то хорошо. В груди вдруг потеплело, словно я сделал что-то правильное.

– Не могу госпожа, это еда благородных нам нельзя такое есть смерть.

– Отравишься?
– я нахмурилась, разглядывая в руках кусочек тонкого копченого мяса на мягкой лепешке.

– Нет, - девочка сглотнула полный рот слюней, - но палками придется бить, нельзя есть еду высших.

Мне очень хотелось сказать, что я никому не скажу, что со мной можно, но судя по большим глазам Гария лучше этого пока не делать. Выдохнула напряжение, которое скопилось в груди.

Я отчаянно нуждалась в информации об окружающем мире и не только от стариков, которые думаю, знают не так много. Наелась я быстро, да и не нравилась мне эта еда для высших. Я сейчас бы все отдала за простой наваристый суп или тушеное рагу из овощей. Люсина ловко подхватила поднос, когда я сказала, что наелась и вышла из кибитки. Почти сразу залетела Шена, которая несла в руках неказистую сумку:

– Помилуйте госпожа, я специально вещи ваши в суме такой несу, насели окаянные, требуют выплатить долги. Боялась, отнимут платье-то, оно жемчугами обшито.

– Какие долги?
– посмотрела на Гария, а тот отвернулся к стене и приготовился ждать, когда Шена меня переоденет, что-то мне подсказывала, что хозяйка этого тела стыдливостью не страдала, поэтому выгонять старика я не стала.

– Вы скачки устраивали на райтах, проигрались, - сказал он, - а еду сказали в долг брать в лавках и не тревожить вас по пустякам, там уже немало набежало.

Я цыкнула, ну что за дура была эта… о, а как меня зовут, фамилия я поняла Сахрами, а имя. Я спросила у Шены, она была удивлена, но покорно сказала, поправляя на мне корсет:

– Анадея госпожа, титулов вас лишили, вы теперь просто Анадея Сахрами, - прошелестела боязливо старуха, поглядывая на Гария.

– Гарий потом расскажешь Шене о моей памяти, а пока ведите меня осматривать, что у меня осталось, показывайте хозяйство.

Я поправила на груди слишком низкий вырез, осмотрела подол нежнейшего шёлкового платья розового цвета с сиреневыми цветами понизу. Поразилась в который раз несоответствием одежды и обстановки, но решила, что сначала нужно узнать, что вокруг происходит, а потом менять гардероб.

Тем более, богато расшитый лиф сверкал жемчугами и другими камешками и что-то мне подсказывает, что это не подделка. Бывшая хозяйка имела плохую репутацию и наверно ничего не боялась, а я пока не уверена, стоит ли носить этот магнит для бандитов. Поверх всего этого великолепия я накинула плащ, так как на улице был приблизительно месяц апрель и, хотя снег растаял, по утрам было еще морозно. Капюшон плаща оторочен белой опушкой, чтобы скрыть свое испуганное лицо, я натянула его поглубже.

Мне было до жути страшно выходить из кибитки, жутко оттого, что я в другом мире, законов которого я не знаю, но невероятно легко и свободно из-за молодого тела, в котором ничего не болело.