– Камилла, я запомню, - улыбнулся он в ответ, в этот раз не поморщившись.

– Для тебя она миссис Нилс, - поправил его Арнольд, все еще занимаясь своим пациентом.

– Ого, значит миссис, - мне показалось, что новость о моем замужестве расстроила Майка даже больше чем то, что завтра он не сможет открыть подбитый глаз.

– Ага, вот так, - пожала я плечами.
– Ну все, иди, боец, и поскорее поправляйся, а мне нужно помочь Арнольду с твоим другом.
– Кивнула я на сегодняшнего противника Майка.

– Вы уж позаботьтесь о нем, - сказал Майк с теплотой в голосе.
– Робби — классный боец, но сегодня удача была на моей стороне.

До конца работы я ни секунды не сидела без дела.

Бойцы шли сплошным потоком. Я латала рассечения, вправляла суставы, пальпировала ушибленные грудные клетки, проверяя, не хрустят ли ребра.

Все бойцы до единого, оказались приятными, молодыми ребятами, за которых временами сжималось сердце — не от хорошей жизни они здесь. Радовало только то, что все были в сознании и, за исключением самого первого парнишки, передвигались на своих двоих.

Где-то около двух ночи, когда поток пациентов, наконец, иссяк, на пороге медкабинета появился мистер Гарднер.

– Собирайтесь, Нилс. Мы уезжаем.

Я сняла перчатки в последний раз за эту ночь, вымыла руки и только тогда позволила себе почувствовать, как сильно они гудят. Арнольд молча кивнул мне на прощание — устало, но с уважением.

Уже сидя в машине, я откинула голову на подголовник и закрыла глаза. Тело ломило от усталости, но внутри было спокойное удовлетворение, которое всегда бывает после хорошо отработанной смены.

– Приехали. Выходим, Нилс, - начальник колонии снова толкал меня в плечо.

– А, уже?
– Я потерла слипающиеся глаза.
– Нужно на досмотр…

– Не нужно, просто выходи и иди за мной.

Я огляделась. Мы были уже на территории колонии, за главным корпусом, где находились камеры заключенных, в том числе и моя. Часы в машине, на которые я взглянула перед тем, как выйти, показывали четыре утра. Отстой. Через два часа уже подъем. Я, конечно, отрубилась сразу же, как села в машину, а потом еще раз после прохождения границы полиса, когда меня грубо разбудил Гарднер, но рваный сон все же не так хорош, как непрерывный.

– Мы идем не в главный корпус?
– Задала я глупый вопрос, ведь мы двигались в противоположном направлении.

– А ты, как я посмотрю, внимательная, - съязвил Гарднер.
– Пока ты дрыхла, звонил мистер Рид. Он остался доволен твоей работой, и завтра вечером мы снова поедем в нейтральный сектор.

– А моя работа в клинике?

– Твоя работа в клинике остается, как была. Бои в клубе проходят только по пятницам и субботам, как-нибудь продержишься еще один день. Завтра тоже переночуешь у меня и сможешь поспать подольше в воскресенье — я же обещал тебе свою благосклонность.

Ага, прямо люксовые условия. Ему-то, наверняка, Рид хорошо заплатил за подгон врача.

– Сокамерницы мне совсем жизни не дадут, если узнают, где я ночую.

– Разве комфортный сон, нормальный завтрак и горячий душ по утрам не стоят того, чтобы пропустить мимо ушей пару колких фраз? Тебя же и так донимают.

– А вы знаете, и ничего с этим не делаете.

– Нилс, ты как будто вчера родилась. Персоналу колонии тоже нужно как-то развлекаться. Добро пожаловать в реальную жизнь, детка. Здесь все немного по-другому, чем на воле в престижной клинике первого сектора, да?

Его вопрос не требовал ответа. Хотя, как показала жизнь, там тоже оказался тот еще гадюшник. Просто фасад был идеально замаскирован.

Мы вошли в небольшое административное здание, Гарднер свернул налево — я за ним. Он отпер ключом дверь в конце коридора и пропустил меня вперед.

– Справа моя спальня, ты спишь здесь, - указал он на диван в проходной комнате, в которой мы находились.
– Слева дверь в ванную и туалет. Можешь принять душ сейчас или утром в шесть. Завтракаешь тоже здесь, а после я отвезу тебя в клинику. Твоим подругам по камере сказали, что тебя оставили на ночную смену в клинике, так что лишних разговоров не будет.

Значит, он просто дразнил меня, когда говорил, что не велика беда потерпеть пару лишних колкостей от сокамерниц. Условия были хорошие, к тому же я все-таки не совсем без сна и к двухсуточным дежурствам мне не привыкать. А главное, я снова была врачом, да и люди в нейтральном секторе оказались неплохие. Да, немного неотесанные и прямолинейные, зато от таких не ждешь нож в спину.

Я решила оставить душ на утро и улеглась на диване, накрывшись пледом, что лежал на нем, — не идеально, но все равно лучше тюремной койки.