Чарли кивнул, глядя, впрочем, на дорогу.

— И что скажешь?

— Скажу, что ты, мать твою, был прав, — они, наконец, выбрались с подъездной аллеи, но скорость Чарли пока не прибавлял. — Что-то не так с этим бомжом. Была проведена стандартная процедура по установлению личности, но система дала сбой.

— И поэтому копы ищут тех, кто мог бы опознать бродягу? — день был теплый, и Ральф опустил окно, привычно положил на него локоть.

— Не совсем, — Чарли ответил с короткой усмешкой, и очевидно стало, что Чарли кончился.

За этим легким, не всегда заметным для посторонних движением губ начинался детектив Бейкер, вцепившийся в информацию, которая действительно может чего-то стоить.

Пожалуй, это был один из моментов, по которым Ральф скучал в последние месяцы больше всего.

— Видишь ли, за время твоего отсутствия… — Чарли начал говорить и осекся, сжал челюсти и начал сначала. — За последние полгода местные копы одурели от количества пропавших без вести.

— В Лос-Анджелесе? — Ральфи коротко хохотнул и привычно съехал ниже на сидении. — Десятки людей исчезают каждый день.

— Проститутки, бродяги, беглые малолетки, — Чарли согласно покивал, выруливая на шоссе. — Но когда дело касается топ-менеджеров, секретарей больших боссов и чинных домохозяек-матерей больших семейств, дело обстоит несколько иначе. Родственники и друзья пишут заявления, дела предсказуемо становятся висяками, кто-нибудь этих самых родственников после четвертого ложного вызова на опознание получает нервный срыв, пресса поднимает шум…

— Чарли, я знаю, как это работает, — перебил Ральфи не от недостатка воспитания и не от скуки, а потому, что Бейкера-копа начало становиться слишком много.

Чарли бросил на него короткий подозрительный взгляд, перевел дыхание и продолжил:

— Среди пропавших числятся братья Томас и Теодор Майлзы. Томас студент Калифорнийского Университета, Тед заканчивает школу. Когда копы занялись установлением личности бродяги из Беверли Хиллс, отпечатки его пальцев прогнали по базе данных и база выдала ответ, — он сбавил скорость перед поворотом и бросил на Ральфи еще один взгляд. — По мнению компьютера, этот старик никто иной, как Томас Майлз две тысячи третьего года рождения. У парня был привод за драку, дело обошлось штрафом и общественными работами, но отпечатки в базе остались.

— Что? — и до того слушавший внимательно, но глядя в окно Ральфи повернулся так резко, что волосы щекотно мазнули по шее.

— Об этом и речь, — Чарли кивнул, в очередной раз сворачивая, на этот раз на оживленную улицу. — Система выдала ошибку, но Майлзы забеспокоились, потому что живут они, — кто бы мог подумать! — как раз в том районе. Так что, получается, тебя «укололо» правильно.

Чарли замолчал, то ли сосредотачиваясь на дороге, то ли давая собеседнику время подумать.

Ральф снова отвернулся к окну и прикрыл глаза, подставляя лицо ветру, в котором уже чувствовался намек на осеннюю прохладу. Левая ладонь чесались, а желание закурить, накрывшее его несколько минут назад, начало становиться практически нестерпимым. Он почти физически почувствовал, как сухой горьким дым обволакивает горло, заполняет легкие, и неосознанно сжал руку в кулак.

Город не просто никогда не спит, он даже не дремлет. Три года назад они всего лишь создали иллюзию того, что без Стивена Гейджа он станет лучше, и сами же благополучно в нее поверили.

Сделав глубокий медленный вдох, он одновременно разжал пальцы и открыл глаза, чтобы несколько секунд с искренним недоумением таращиться на красные следы от ногтей, оставшиеся на ладони.

— И куда мы едем сейчас?

Голос снова прозвучал странно, будто его обладателя как следует придушили за секунду до, и очередной взгляд, брошенный Бейкером в ответ, буквально вспыхнул беспокойством.

— В морг, — подумав, предложение забросить его в контору осваиваться Чарли решил опустить. — Хочу поговорить с врачом, который делал вскрытие. У них там новый патологоанатом, вроде кто-то из молодых.

— И на правах кого ты собираешься это сделать? — Ральфи прислонился виском к спинке сидения, разглядывая его почти что с нежностью.

— Придумаем что-нибудь, — Чарли легко пожал плечами и вдруг подмигнул ему. — Как будто нам впервой достоверно врать.

После ремонта, имевшего место быть, пока Ральфи отлеживался в психушке, окружной морг стал здорово походить на её филиал.

Этим наблюдением Паркер счел нужным поделиться в полголоса, пока они шли узким выкрашенным в белый цвет от пола до потолка коридором.

Чарли в ответ только невнятно фыркнул и с очевидным усилием придал лицу серьезное и хмурое выражение, прежде чем постучать в белую же дверь с идиотской позолоченной табличкой «Ординаторская».