Метатели держались ближе к центру, где в случае атаки смогут развернуться и ударить в любом направлении. Звери шли послушно, каждый в своей стае под контролем того или иного жила, от мелких шакалов до огромных сохатых, и ни один из них не смел отклониться от тропы без приказа хозяев.

Племя двигалось уже давно и при этом не останавливалось дольше, чем на день. Правда двигалось чуть медленнее, чем хотелось бы, но это вполне оправданно.

Пустота пришла с севера, откуда-то из глубин, куда ни один Жил не забирался уже много поколений. Сначала замолчали дальние деревья, перестали отвечать на запросы и передавать сигналы, и корневая сеть начала рваться участок за участком.

Потом исчезли звери, причем не погибли, не было никаких предсмертных сигналов. Просто целые территории вдруг переставали существовать в восприятии, превращаясь из живого леса в глухую холодную дыру, из которой не доносилось ничего.

Предки знали, что так будет… Каменные послания в глубинных пещерах, вырезанные в породе задолго до того, как нынешний вождь получил свое первое имя, описывали Пустоту и ее повадки. Она приходит и пожирает все живое, а потом прокатывается дальше, и если на ее пути не оставить ничего, ни единого мертвого тела, ни капли пролитой крови, она не найдет пищи и захлебнется собственной пустотой. Сожмется обратно в ту дыру, из которой выползла, и уснет на несколько поколений, пока снова не проголодается.

Предки оказались правы в прошлый раз, и поколение до них тоже справилось, а значит и нынешнее переживет. Земли Жил малы по сравнению с бескрайним лесом на юге, и переселение не займет много времени, если не отвлекаться на глупости. А вот если отвлекаться, если оставлять за собой мертвецов и кормить Пустоту, она догонит, и тогда придется бежать уже по-настоящему. Этого допускать нельзя, и вождь не допустит.

Люди, разумеется, входили в расчет. Не как угроза, конечно, а скорее как досадная помеха, вроде бурелома на тропе. Разведчики прошлись по их землям задолго до начала похода и доложили, что людские поселения сгрудились южнее границы леса. Удобно, что эти существа сбиваются в кучу, это избавляет от необходимости прочесывать каждый овраг и поляну. Можно смести разом и продолжить путь.

О людях известно немного, все-таки они появились в этих землях сравнительно недавно и интереса к ним племя никогда не испытывало. Шумные, воняющие грязной Основой создания, рубят деревья и жгут костры, отравляя лес на тысячи шагов вокруг. Давно пора было отвлечься и истребить их, чтобы не мешались, но не хотелось без крайней нужды марать восприятие этими ничтожными созданиями.

Изредка кто-нибудь из них забредал слишком глубоко, и такие встречи заканчивались одинаково. Тело скармливали зверям, кости зарывали в землю, и лес сам затягивал следы за несколько дней. Люди при этом ничему не учились и продолжали лезть, хотя в этом нет ничего удивительного, потому что для обучения нужен разум, а с разумом у них беда.

Впрочем, сейчас люди интересовали вождя не больше обычного, а то и меньше. В первую очередь потому, что они стоят на пути переселения, и во вторую потому, что звери в дороге должны питаться, а люди для этого как раз вполне годятся. Либо их плоть пойдет зверям, либо достанется Пустоте, и второй вариант для вождя неприемлем, потому что кормить Пустоту он не собирается.

Вождь послал запрос по корневой сети и через несколько ударов сердца получил отклик с юга. Головной дозор докладывал обстановку, всадники вышли на нужную тропу, охотники обогнули овраг и повернули к долине. Всё по плану, всё в порядке. Каменное поселение людей лежит в двух переходах, и к нему племя придет в срок, если ничего не изменится.

Изменилось, конечно, и ближе к закату вождь ощутил входящий сигнал. Причем даже раньше, чем тот оформился в связное послание. Один из двоих, отправленных вперед с ударной стаей, пробился через корневую сеть коротким направленным импульсом.

«Деревянное поселение устояло. Звери легли у стен. Людей мало, но они отбились.»

Вождь принял доклад и несколько ударов сердца ничего не отвечал, обрабатывая полученное. Отбились, надо же… Горстка людей за деревянными кольями отбила стаю в несколько сотен голов, не каменное поселение с его высокими стенами и солдатами в железной одежде, а именно деревянное, жалкое скопище хижин на краю леса.

«Потери?» — передал вождь.

«Стая уничтожена. Мы отошли, как было приказано.»

«Правильно.»

Вождь убрал ладонь с корня и выпрямился. Разведчики поступили верно, их задача направить зверей и уйти, а не лезть в бой. Зверей не жалко, звери размножаются быстро, а хороших разведчиков в племени всего несколько десятков. И так уже потеряли нескольких, хотя раньше вождь списывал это на случайность, хотя и хотел отомстить людям как минимум за то, что они оказались достаточно близко в момент их смерти.

Оставлять за спиной людское поселение нельзя. Неважно, сколько их там и насколько крепко они вцепились в свои колья, предки четко дали понять, каждое поселение на пути должно быть зачищено, и люди должны быть скормлены зверям до того, как волна дойдет сюда.

Вождь коснулся ближайшего ствола и послал безусловный приказ, без оттенков и полутонов.

«Всем отрядам. Смена маршрута. Разворачиваемся к деревянному поселению. Каменное подождет.»

Корневая сеть приняла импульс и понесла его по лесу, от дерева к дереву, и вождь ощущал, как приказ расходится по колонне. Всадники отклонились от курса, волки свернули следом, охотники перестроились на новую тропу. Тени скользнули в подлесок, мгновенно перегруппировавшись вдоль нового направления, а метатели переместились к левому флангу, где теперь проходил передний край.