Последнюю часть пути до южных ворот прошел чуть ли не вприпрыжку от предвкушения завтрашнего утра. А кто тренером будет? Охотники? Или гвардейцы? По уму вторые лучше, ведь дело охотников это охотиться, а гвардейцев обучали именно обороне стен, и, возможно, у них есть реальный боевой опыт.

Хотя Вельт тоже подойдет, судя по тому, как он орал на ополченцев пару часов назад, из него выйдет отменный инструктор по стрельбе, а после такой тренировки мишень покажется отдыхом.

Кстати об обороне, есть вопрос, который до сих пор стоит ребром и никуда не делся. Что мы будем делать, если Жилы окажутся умнее, чем мы рассчитываем, и возьмут деревню в осаду? Не полезут на стены, не будут бить тараном в ворота, а просто окружат и станут ждать, пока мы сами сдохнем от голода или утонем в дерьме.

Второе, между прочим, случится раньше, потому что прямо сейчас вопрос отхожих мест решается просто, вокруг поля да леса, свежий воздух и никто пальцем не пожурит. А что будет, когда чуть ли не тысяча человек окажутся заперты в стенах деревни, которая изначально на три сотни рассчитана? Очереди в немногочисленные выгребные ямы — это самое безобидное, а когда ямы заполнятся, начнется чемпионат по «царю горы» в новой, ранее не опробованной дисциплине.

Впрочем, наверное зря переживаю, все-таки у Жил с осадой не все гладко, если так задуматься. Они мчат сюда через лес в сопровождении толп монстров, в этом я почти уверен, в Валунках именно подконтрольные им звери прорвали оборону, пока сами Жилы наблюдали со стороны. Так вот, эти звери тоже кушать хотят, и если на марше они как-то охотятся, то в осаде с провиантом будет туго.

Травоядные может и выживут, кругом все-таки поля, а вот хищникам которых как раз большинство, жрать будет не чего. Или же наоборот, хищники сожрут сначала травоядных, а потом начнут жрать друг друга, что, конечно, здорово сократит численность армии противника, но Жилам от этого радости мало.

Так что вряд ли у них получится нас пересидеть, терпения не хватит ни у нас, ни у них. Тем более, что после первого штурма мы обязательно заготовим запасы мяса из того, что останется у стен, главное этот штурм отбить.

В этих размышлениях и добрался до площадки у южных ворот, а там только меня и ждут. Некоторые работяги перепачканы в саже, значит вместе со мной тушили пожар и вернулись обратно к делу, а остальным, видимо, не хватило ведер, так что сидели, о чем-то беседовали, и скучали с такой самоотдачей, будто это и есть их основная работа.

Но главное порадовало: опалубку возвели и распорки в пол установили, арматуру вывели под усилители и под стену. В общем, все согласно техническому заданию, которое я составлял еще днем.

Проверил, конечно, на всякий случай, потому что доверяй, но проверяй, а на стройке эта поговорка ценится на вес золота. Где-то промазал дегтем стыки, чтобы потом щит было проще отдирать, опыт с северными воротами научил, что экономия на пропитке обходится дороже, когда бетон намертво прилипает к доскам.

Где-то подправил кладку, проверил горизонт кустарным, но эффективным уровнем и убедился, что распорки стоят ровно и не шатаются. В целом результатом вполне доволен, ребята работают уже без постоянного присмотра, и это, пожалуй, лучший комплимент, который может получить прораб.

— Ну что, льем? — ко мне подошел Уль, вытирая руки о и без того грязную рубаху.

— Скоро, но кое-что еще не сделали, — помотал я головой. — Нужны бревна примерно вот такой толщины, — показал на пальцах сантиметров пятнадцать-двадцать, — одинаковые, пятнадцать штук.

Уль прищурился, прикидывая в голове зачем это может быть нужно, и я решил не держать интригу.

— Видишь, я в полу оставил глиняные конусы? — показал на торчащие из бетонного пола маяки, которые закладывал еще при заливке нижней плиты.

— Ну да, так же на северных воротах делал, под решетку как раз, — кивнул Уль, но тут же нахмурился. — Только я не понял, куда тут такую же решетку убирать, у нас же потолок мешает. Поднять ее некуда, механизм не поставишь.

— А и не надо ее никуда поднимать. — усмехнулся я, — У нас будут просто вертикальные бревна, и всё. Пройдут сквозь всю толщу потолочной плиты, воткнутся в углубления в полу и зафиксируются. Никто их оттуда не сдвинет, потому что бревно сидит в бетоне на глубину ладони, а сверху зажато плитой. Хочешь вытащить, ломай либо плиту, либо бревно.

Уль помолчал, пошевелил губами и кивнул, видимо прикинул в голове конструкцию и нашел ее рабочей.

— А мы сверху, значит, будем их как-то выковыривать потом…

— Ну, днем проход открыт, на ночь закрываем. — да, без противовесов и подъемного механизма может быть трудно, но уж как есть. Тем более, бревна по одному доставать можно, а не сразу всю решетку, — А если штурм, забиваем бревна намертво и забываем про этот вход до победы.

— Ладно, понял. Пятнадцать одинаковых, — Уль загнул пальцы на двух руках и одной ноге, и побежал к работягам раздавать указания.