Левее Кейн занимался с группой покрупнее, человек пятнадцать, и все с длинными палками вместо копий. Настоящие копья беречь надо, а для обучения и жерди сгодятся. Кейн показывал выпад и заставлял повторять, подходил к каждому поправить стойку, и если кто-то ленился, молча брал у того палку, тыкал ею в землю рядом с ногой провинившегося, и мужик после этого начинал стараться заметно усерднее. Никаких криков, Кейн вообще редко повышает голос, ему хватает одного взгляда, чтобы объяснить все, что словами объяснять долго.

А в дальнем конце площадки один из городских гвардейцев построил десяток совсем зеленых ребят в шеренгу и расхаживал перед ними, заложив руки за спину. Что-то объяснял про тактику, про то, как держать строй и почему нельзя выбегать вперед, даже если кажется, что враг уже бежит и можно добить. Иногда останавливался, выхватывал у ближайшего ученика деревянный меч и показывал серию ударов, да так быстро, что у меня бы рука отсохла на втором замахе. Парни смотрели с открытыми ртами, а гвардеец невозмутимо возвращал меч и продолжал лекцию, словно и не прерывался.

— Рей!

Обернулся и увидел Гундара. Тот шагал прямо ко мне, и ничего хорошего его лицо не обещало. Видимо, теперь он контролирует не только стражу, но и подготовку ополчения, и список людей, перед которыми мне предстоит оправдываться, пополнился еще на одного.

Но в любом случае, даже ругаться с ним не буду, ведь дело действительно правильное. Еще позавчера эти мужики спокойно частокол ставили, а теперь приходится обучаться ратному делу, и хорошо, что нашелся кто-то, способный это организовать.

— Я же вчера тебя предупредил, что тренировка обязательная, — Гундар остановился напротив и сложил руки на груди. — Почему пришлось за тобой посылать?

— Ну так я проспал, потому и пришлось, — пожал я плечами. — Все логично, как по мне.

— Ты должен был явиться вовремя. Ладно вчера утром не пришел, потому что читать объявления на доме старосты не умеешь, но…

— А там что, объявления вешают? — удивился я. — Думал, только карта… А когда повесить-то успели доску эту?

— Лет двадцать назад… — обреченно вздохнул Гундар. — Ладно, распределение ты уже проспал, так что иди присоединяйся к любой группе, к чему душа лежит.

— А это долго, если что? — сразу поинтересовался, но Гундар уже развернулся и зашагал к строю гвардейца, на ходу поправив бойца, перепутавшего в какую сторону должно смотреть острие.

Ну ладно, надеюсь быстро. Хотя искренне верю, что каменщики правильно поняли техзадание и южные ворота не начали трескаться без присмотра.

Первым делом направился к Вельту, там всё выглядит явно интереснее. Занял конец строя, и бородатый мужик рядом с подозрением покосился на меня и чуть отодвинулся, наверное решил, что от строителя можно заразиться чем-нибудь стройным.

Вельт как раз заканчивал вводную часть и начал заново, увидев новое пополнение. Вообще, лекция его оказалась толковой и короткой, без лишней воды, что для охотника вполне ожидаемо, они народ конкретный.

— Лук берешь левой рукой, — Вельт поднял свой и показал хватку. — Не сжимаешь, а придерживаешь. Ладонь на рукояти, пальцы обхватывают, но не стискивают. Сожмешь кулак, и при выстреле лук дернется, стрела пойдет мимо. Кисть расслаблена, плечо опущено. Локоть чуть развернут наружу, чтобы тетива не щелкнула по предплечью. Щелкнет один раз, потом неделю будешь шипеть и бояться стрелять, проверено.

Кто-то в строю хмыкнул, и Вельт даже не глянул в ту сторону, продолжил.

— Стрелу накладываешь на тетиву, хвостовик между пальцами, указательным и средним, оперение от себя. Тянешь тетиву к подбородку, не к уху и не к глазу, а именно к подбородку. — он даже замолчал на несколько секунд, убеждаясь, что мы поняли. Но не убедился и продолжил, — Локоть тянущей руки идет назад и чуть вверх, на одной линии со стрелой. Если локоть задерешь — стрела полетит вниз, если опустишь, уйдет выше цели.

— А целиться как в итоге-то? — подал голос кто-то из передних.

— Наконечником. — пожал он плечами, — Смотришь двумя глазами на цель, совмещаешь с наконечником стрелы и отпускаешь. Не целишь одним глазом, тут нужен объем, иначе расстояние не оценишь, — Вельт подождал, пока до всех дойдет, и добавил. — По неподвижной цели целишь прямо в нее с учетом расстояния. По движущейся берешь упреждение, то есть целишь не в зверя, а перед ним, туда, где он окажется, пока стрела летит. Насколько далеко перед ним, зависит от расстояния и скорости цели. Это придет с опытом, сначала просто привыкните попадать в то, что стоит на месте.