Понятно. Голицыны пригласили девушек не только ради выступления между боями, но и чтобы скрасить досуг одиноких гостей. Не все явились с дамами.

Оттого моя собеседница и нервничает. Она явно боится флирта аристократов.

Точнее, боится отказывать сильным мира сего.

— Ты совсем не переживаешь? — не сдержавшись, вдруг выпалила девушка.

Я повернулся к ней и улыбнулся:

— Ешь, пока время есть. Чтобы переварить успела.

Она кивнула и откусила бутерброд. Прожевала… И тут же мотнула головой.

— Нет, я правда не могу понять. Ты… — Она побледнела и одними губами прошептала: — Ты ведь не аристократ?

— Нет. Успокойся, — усмехнулся я.

Она затравленно огляделась по сторонам и подалась вперёд.

— И тебе совсем не страшно здесь находиться? Среди них?

— Да с чего бы? — хмыкнул я. — Мне нет до них дела. Им нет дела до меня. Я пришёл сюда только для того, чтобы выиграть турнир. Ну и… — Я снова позволил себе улыбку. — Чтобы хорошо провести время.

Гимнастка замерла, а затем тоже улыбнулась. Кажется, она начала успокаиваться и приходить в себя. Забавная она — во время выступления так выразительно смотрелась, а сейчас тушуется. Подумаешь, зашла за бутербродом в зал, полный аристократов. Бери да ешь — чего бояться-то?

— Мы с девочками поспорили, кто победит, — неожиданно произнесла она. — Я на тебя поставила. Так что не подкачай. — Она неловко улыбнулась, а затем выпалила: — Меня, кстати, Ксюша зовут! И я…

Ксюша замолчала, а глаза её округлились в ужасе. Я полностью опустил маску на лицо и скривился под ней.

Грёбаные аристократы! Девушка только-только немного успокоилась…

Резко повернувшись, я сместился в сторону так, чтобы гимнастка оказалась за моей спиной.

Очень вовремя — к нам решительно приблизились четверо человек. Здоровенный волосатый «Буйвол» в красной майке обнимал за талию одну из гимнасток. Другую же нагло прижимал к себе коротышка в роскошном костюме и чёрной узкой маске, инкрустированной драгоценными камнями. Коротышка злобно скалился и пялился на меня, а гимнастки с явным чувством собственного превосходства смотрели через моё плечо на Ксюшу.

Вежливо поприветствовать этот квартет я, увы, не успел.

— Что, лгуны тянутся друг к другу? — вместо приветствия громко воскликнул коротышка, не сводя с меня глаз. — Одна обманом заполучила главную партию, а другой не гнушается пить алхимические зелья между боями нашего благородного турнира? Позор! Отвратительно!

Я подавил вздох… А ведь графиня просила, чтобы я не ввязывался в неприятности…

Но что поделать, если они сами меня находят?

Громкий голос этого коротышки привлёк к нашему скромному уголочку внимание гостей. Ну ещё бы — хлеба на празднике хватает, а зрелищ никогда не бывает много.

Коротышка надменно смотрел на меня, не то ожидая моего ответа, не то готовясь выдать очередную бравую тираду.

Гад либо тупой, либо сознательно ищет конфликта с графским родом Самоцветовых.

Я медленно повернул голову и глянул на Ксюшу. Белокурая гимнастка вся сжалась и насупилась. Гневно смотрит на своих товарок по коллективу.

— Ксюш, скажи, ты обманом получила главную партию? — спокойно спросил я.

Девушка вздрогнула и изумлённо уставилась на меня.

— Ну? — поторопил я её.

— Конечно нет! — выпалила она. — Эти две просто завидуют, что их не выбрали! Вот и распускают гнусные слухи!

Я снова повернулся к коротышке.

— Вы её слышали, молодой человек, — спокойно произнёс я. — Ну а сам я никакие алхимические зелья между боями не принимал. Должно быть, вы ошиблись.

Я дал ему возможность не усугублять конфликт. По крайней мере, публично.

— Думаешь, я мог ошибиться? Графиня Самоцветова притащила на турнир неизвестного бойца, который легко прошёл два тура! Как это возможно? Откуда ты такой взялся? Здесь явно какой-то подлог!

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Почему, когда кто-то не может что-то понять, он начинает обвинять других в подлоге, а? Я выиграл честно. И если моего слова вам недостаточно, то же самое может подтвердить и её сиятельство. Так что ваши обвинения голословны. Всё выглядит так, будто бы вы просто боитесь, что ваш воин проиграет мне в полуфинале, и заранее подкладываете соломку.

Коротышка побагровел и сжал кулаки.

— Ой! — пискнула «его» гимнастка, когда он с силой прижал её к себе.

— Ты обвиняешь меня во лжи и трусости? — заревел он, подавшись вперёд и оставив девушку позади. — Да ты хоть знаешь, кто я?!

У меня снова возникло чувство дежавю — любят местные задавать мне этот вопрос.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Вы не представились, а лицо скрываете маской. Но что я точно знаю, — мой голос стал холодным, — так это то, что вы нарушаете законы гостеприимства. Провоцируя конфликт с её сиятельством графиней Самоцветовой здесь и сейчас, вы ставите в неугодное положение весь графский род Голицыных, который любезно организовал для всех нас это чудесное мероприятие.