– Оставь нас , - сказал он Пенташу Марии.

– Ваше превосходительство, она все еще требует, чтобы ее раны были...

– Я не буду повторяться .

Прохладная ткань, которая принесла Люстине небольшое облегчение, была снята с ее кожи, и ее плети жалобно вспыхнули.

Дверь снова щелкнула, подавая сигнал к отступлению пенташа, и Люстина оказалась наедине с епископом.

– Ты понимаешь, почему я наказал тебя, девочка?

Люстина не ответила, гнев и печаль внутри нее были слишком сильны.

Вспышка боли молнией пронзила ее спину, в тот же момент она поняла, что епископ Венейбл засунул палец в одну из ее ран.

– Ответь мне!

– Да!

Он убрал палец, но боль не проходила, отдаваясь в ее ребра каждый раз, когда она осмеливалась сделать вдох.

– Вы действительно думали, что сын графа будет иметь что-то общее с такой грешной шлюхой, как вы?

– Мои намерения в отношении барона были невинными и целомудренными.

– Конечно, они были.

Епископ перешел дорогу перед ней.

– Тебе больше не разрешается сопровождать меня в этих визитах .

– Но леди Прецепсия...

– Леди Прецепсия умирает. Как и ее интерес к тебе.- Почувствовав, как его палец коснулся ее щеки, она дернула головой

подальше от его нежелательных прикосновений.
– Ты останешься такой же нелюбимой, как и твоя мать .

1 8

ФАРРИН

Я ополоснула лицо теплой водой и взяла лежавшее рядом чистое белье, чтобы насухо промокнуть кожу. Ткань пахла свежей сиренью, ароматом, который вернул меня в детство, к прекрасному кусту сирени перед нашим домом. Сквозь ткань я ощупала шишку от падения и поморщилась. Аня дала мне немного льда, чтобы снять опухоль, но она все еще выступала достаточно сильно, чтобы причинять боль.

Когда я опустила ткань с лица, что-то за окном привлекло мое внимание. Вдалеке что-то похожее на огромную чернокрылую птицу взмыло ввысь, ее силуэт вырисовывался на фоне луны. Прищурившись, чтобы сфокусироваться, я на цыпочках подошла ближе к окну, когда оно рассекало воздух по дорожке, ведущей к собору. Чем ближе она подходила, тем более различимыми становились её черты.

Не птица, а человеческое тело с черными крыльями.

Я ахнула, отступая от окна.

– О, Боже .

Темнокрылые существа.

Услышав щелчок двери позади меня, я обернулась на крик.

Молодая женщина, возможно, всего на год или два младше меня, с огненно-рыжими волосами, вошла в комнату. Белый фартук, завязанный на талии ее серого платья А-силуэта с капюшоном, подсказал мне, что она служанка. В руках она несла причудливый серебряный поднос, уставленный чем-то таким, от чего по всей комнате разносился восхитительный запах.

– Просто принесла немного еды, на случай, если ты проголодаешься.

Голодный - не совсем подходящее слово. Скорее, очень голодная.

Возможно, это подействовал чай, которым меня угостили, но мне пришло в голову, что я вообще почти ничего не ела.

– Я умираю с голоду. Спасибо. Я Фаррин .

Опустив голову, она украдкой бросала быстрые взгляды уголком глаза, явно стараясь не смотреть на меня, пока раскладывала еду на соседнем столе.

– Аурелия .

– Вот, позволь мне помочь тебе с этим.

Я наклонился к ней, и она отскочила назад, с грохотом опрокинув на пол целую миску чего-то похожего на заварной крем.

– О, мне так жаль .

Она схватила одну из салфеток, которые принесла с моим ужином, и низко присела, чтобы вытереть ее.

Когда я потянулся за разбитой миской, она вскочила на ноги и сделала еще один шаг к двери, обеими руками упираясь в небольшой бугорок живота.

Беременная.

Нахмурившись, я уставилась на девушку, уловив дрожь губ и страх в ее глазах. Из-за меня?

– Шишка у тебя на лбу ... это заразно?
– спросила она.

Бездумное прикосновение моей руки к линии роста волос напомнило мне об очевидном источнике ее беспокойства.

– Нет. Я поранила себя, вот и все.

– Другие девушки, они не хотели приносить еду наверх. Они все верят, что у тебя буллио. Итак, меня выбрали. И меня это устраивает, но я не хочу причинять вред своему ребенку .

– Я обещаю тебе, что это безвредно .

– Я стараюсь хорошо питаться и делаю как можно больше физических упражнений. Я не могу позволить себе заболеть. И я не хочу, чтобы мой ребенок смотрел — я имею в виду, я просто хочу быть осторожной, пока я здесь. Говорят, буллио может убить ребенка, когда он родится .