Холодный воздух обжег мои легкие, паника и решимость внутри меня боролись с приливом адреналина.

От покрытой инеем травы у меня онемели подошвы ног, пальцы горели и затекли. Едва заметная линия порога утеса стала четче по мере того, как я приближалась к нему, и страх защекотал мою грудь. Собаки прекратили погоню за мной.

Меня занесло, я остановилась прямо перед краем и наблюдала, как маленький камешек скатился с края. Были видны только свирепые белые шапки моря внизу, их рев манил меня прыгнуть. Стремящийся к жизни, на которую можно претендовать.

Я уставилась на цветок в моей руке, чей плач затих, а его свет стал тусклее, чем раньше.

Ужас и выдержка боролись за господство в моей голове, их какофония оставила меня в замешательстве и изнеможении. Я закрыла глаза, тяжело дыша через нос. Видения моего отца, бросающегося навстречу своей смерти, проскользнули за закрытыми глазами. При мысли о том, что он лежит внизу на камнях, живой, испытывающий боль, слезы наполнили мои глаза. Я открыла их и увидела мутное пятно черных скал и воды.

Сделай это, призывала моя голова.

У меня не было выбора, если только я не хотела постичь ту же участь, что и Аурелия.

Моего уха достиг звук — слабый визг, который я слышала раньше. В лабиринте и в лесу. Существо. Тот, кого предположительно убил Ван Круа.

При повороте вокруг себя не было никаких признаков этого. Только темнота.

Тем не менее, он снова завизжал. На этот раз громче, чем раньше.

Когда я снова развернулась, тени приняли его форму, хотя черты лица было невозможно разглядеть. Оно, пошатываясь, двинулось ко мне на четвереньках. Мое сердце бешено колотилось в груди. Я отступила назад, почувствовав, как край уступил место на моей пятке, превратившись в ничто болезненного падения.

Сделай это. Прыгай!

Тень придвинулась ближе. Подол моего платья зацепился за зазубренный камень, и я сильно дернула, чтобы освободить его. Мой каблук соскользнул назад.

Еще один визг заставил вздрогнуть мои мышцы.

Я соскользнула с края из-за резкого разрыва ткани.

Вниз, вниз, вниз.

Бесполезный крик вырвался из меня, когда ветер пронесся мимо. Холодный, онемевший порыв прокатился по моему телу, мышцы напряглись в ожидании удара, который я никогда не могла себе представить. Собравшись с духом, я боролась с силой ветра, чтобы поднести цветок ко рту — тот самый, который я забыла съесть. Единственное, что было необходимо для возвращения, иначе я просто падала навстречу своей смерти.

Я не могла дотянуться рукой до рта!

Цветок выскользнул у меня из рук, унесенный резким бурным ветром. О, Боже! Я даже не могла кричать, давление было слишком сильным.

Какая-то сила врезалась в меня, и прежняя невесомость тяжело ударила мне в живот, щекоча, когда она поднялась в грудь.

Я открыла глаза и увидела черные крылья. Красивые, иссиня-черные с оттенками синего и фиолетового. Теплая кожа на моей щеке. Великолепный профиль лица и залатанный глаз.

По нему поползла нечеткая дымка, границы моего обзора смыкались со всех сторон. Более узкий. Более узкий. Пока перед моими глазами не вспыхнула лишь крошечная вспышка света, и все вокруг не почернело.

4 1

ФАРРИН

Ощущение в моем животе поднялось к горлу. Я попала в воду с таким грохотом, что послала взрыв иголок по всей спине. Вниз, вниз, вниз.

Пузырьки вылетели вверх, последние частицы воздуха поднялись к поверхности, слишком далекой, чтобы их можно было достать. Я вцепилась в водянистые стены, которые давили на меня.

Давление сдавило мою грудь, колотясь от отчаяния.

Дыши. Дыши!

Я резко выпрямилась на вдохе и обнаружила, что лежу в постели, подоткнув одеяло, а книга, которую я читала прошлой ночью, прислонена к странице, на которой я остановилась. Мой разум вернулся к тому, что произошло: разговору с Аурелией и ее предстоящим родам. Детали того, что последовало за этим, казались размытыми и не в фокусе, но я помнила, как кричала. Ужасные крики. Группа женщин.

И Аня.

Напрягая мышцы, я подползла к краю кровати, как раз в тот момент, когда дверь со щелчком открылась и в мою комнату заглянула сама дьяволица. Там я остановилась, размышляя, смогу ли я ворваться в эту дверь и сбить ее с ног по пути или нет.

– Доброе утро, дорогая. Просто подумала, что должна проверить, хорошо ли ты себя чувствуешь, учитывая, что ты не появилась в питомнике этим утром.

– Ты.... Я видела тебя. Я видела, что ты сделала.

Как только слова небрежно слетели с моих губ, мой взгляд метнулся к замку на двери. Осмелится ли она запереть меня внутри? Дверь находилась достаточно далеко, чтобы я никогда не добралась до нее раньше нее.

– Что видела?

– То, что ты сделала с Аурелией. И ее ребенок .

Нахмурив брови, словно в замешательстве, она наклонила голову.