– Поцелуй .

Это был не вопрос, и желудок Люстины затрепетал при мысли о том, что его губы снова коснутся ее.

– Могу я спросить, почему? Конечно, есть и другие девушки, не запятнанные грехом, с которыми ты бы наслаждался поцелуем.

То, что она высказала свою неуверенность вслух, пробудило неумолимую уязвимость в ее животе.

Мускул на его челюсти дернулся от угрозы жестоких слов.

– Есть такие. На самом деле, я сидел в церкви напротив одного человека, который не хотел бы ничего больше, чем быть прижатым к этой холодной стене, где ты сейчас стоишь.

Люстина попыталась представить ее — конечно, хорошая, здоровая девушка, которой разрешено посещать мессу, не стала бы пытаться остаться с ним наедине в темном подвале.

– Кто она такая?

– Любовница моего отца. На добрых двадцать лет старше меня. Красивая женщина .

Отвратительные слова обвились вокруг ее нервов, как ядовитые змеи. Какой несчастный мужчина мог завести интрижку, в то время как его жена страдала от болезни и неуверенности? Хуже того, что его собственный сын тоже будет развлекаться ее флиртом.

– Тогда, возможно, мне следует привести ее для тебя.

Люстина проглотила ревность, застрявшую в горле. Дело было не столько в том, что она сама винила эту женщину. Возможно, она была одинока или отвергнута публикой как сомнительная женщина, совсем как ее мать. Больше всего ей были противны мужчины, которые пользовались этим.

Он провел языком по краю зубов и улыбнулся.

– Возможно, тебе следует. Я должен поцеловать ее у тебя на глазах и заставить тебя смотреть.

– И я отплачу тебе тем же, что заставлю тебя посмотреть, как Драйстан целуется...

Пальцы схватили ее за подбородок, злобная ненависть, кружащаяся в его глазах, заставила ее задуматься, как далеко он зайдет в своем гневе.

– Не искушай мою дурную натуру подобными угрозами .

Она дернула головой, чтобы ослабить его хватку.

– И я попрошу тебя не искушать мою.
– Когда Люстина отступила, сильная хватка за руку вернула ее на место.
– Я не буду стоять здесь и слушать, как ты говоришь о поцелуе со старшей женщиной у меня на глазах.

– Почему? Тебя бы это обеспокоило, Люстина?

Она представила, как он прильнул губами к ее губам, и эти хриплые звуки нехватки воздуха. Блуждающие руки и нарастающие желания. Ей было противно представлять, что ее заставят смотреть, как он утоляет свой аппетит с другой.

– Конечно, нет , - солгала она.
– Это святое заведение, не предназначенное для грязных развлечений .

Юмор в его глазах потемнел, как грозовая туча.

– В этой церкви нет ничего святого. Открой свои глаза. Неужели для тебя настолько невозможно поверить в те развратные вещи, которые происходили в этом самом подземелье?

Она слышала о тайных собраниях священнослужителей по ночам, но считала их не более чем религиозными ритуалами.

– Какие развратные вещи?

Он не ответил, но, казалось, обдумывал вопрос, его взгляд был поглощен мыслями, но при этом неподвижен и совершенно непроницаем. Затем его внимание снова обострилось, и Люстина обнаружила, что поймана, как насекомое в паутину.

Что такого было в его внимании, что подогревало ее очарование?

Он продолжил играть с ее волосами, опустив взгляд на ее губы.

– Ты здесь, потому что я хочу поцеловать тебя. Не женщину .

Она вздернула подбородок еще выше.

– Ты сам это сказал. У тебя есть сила брать, не спрашивая. Если ты хочешь поцеловать меня, то я не могу тебя остановить. Разве это неправильно, милорд?

– Я бы не наслаждался звуком твоего согласия так сильно, как наслаждаюсь я.
– Его рука крепко сжала ее подбородок, и Люстина тяжело вздохнула носом, когда он откинул ее голову назад к стене.
– Я ненавижу твои глаза цвета звездной пыли и твои губы цвета ягодного вина, которые никогда не перестают оставаться закрытыми.-Он говорил сквозь зубы, как будто в гневе.
– И я ненавижу то, как ты резвишься в лесу с Драйстаном. Тебе больше не разрешается это делать, ты понимаешь?

– Конечно, я не могу бродить по лесу одна .

За исключением того, что Люстина выросла в лесу всю свою жизнь, была вполне способна бродить в одиночку и считала нелепым правило о необходимости сопровождения.

– Ты можешь. И ты это сделаешь.-Он наклонился к ее уху, едва коснувшись губами его раковины.
– Я встречу тебя там. Глубоко в лесу, на берегу реки.

Легкое, как перышко, прикосновение пробудило желание большего.

– Для чего?

– Побыть с тобой наедине.Без назойливых взглядов моего кузена.