— Я… я согласна, — наконец произнесла она, и в её голосе прозвучала твёрдость, которой раньше не было. — Да, я буду рада пойти с вами.

— Спасибо, — Виктор слегка склонил голову. — Это большая честь для меня.

В этот момент дверь покоев распахнулась, и на пороге появилась Марта, старшая служанка.

— Миледи! — воскликнула она. — Вас уже ждут ученики. Я искала вас по всему замку!

— Иду, Марта, — Элиана обернулась к Виктору. — Прошу прощения, мои обязанности зовут.

— Конечно, — он сделал шаг назад. — Не стану мешать. Желаю вам плодотворного дня. И… ещё раз спасибо за согласие.

— До вечера, Виктор, — она улыбнулась и вошла в покои, оставив его стоять у двери с непривычно лёгким сердцем.

***

Занятия прошли удивительно легко. Элиана чувствовала себя по-новому: не загнанной в угол, а уверенной, спокойной. Она с улыбкой объясняла ученикам правила грамматики, терпеливо отвечала на вопросы, подбадривала тех, кто стеснялся говорить вслух. После уроков, как и обещал, пришёл Гилберт. Они устроились за большим столом, проверяя тетради.

— Смотрите, — Гилберт указал на страницу одного из учеников, — он пропустил две запятые в сложном предложении.

— Да, верно, — Элиана поставила красную галочку. — А вот здесь, — она перевернула страницу, — ошибка в спряжении глагола.

— Удивительно, как вы замечаете такие мелочи, — восхитился Гилберт.

— Когда-то я сама делала подобные ошибки, — улыбнулась Элиана. — Поэтому хорошо их помню.

Они работали молча несколько минут, пока Гилберт не решился заговорить:

— Элиана… могу я спросить кое-что?

— Конечно.

— Ты… счастлива сейчас? — он поднял глаза, и в них читалась искренняя забота. — Правда счастлива, а не просто стараешься быть сильной?

Элиана отложила перо и задумалась.

— Да, — наконец ответила она. — Впервые за долгое время я чувствую, что живу, а не существую. Не идеально, не безоблачно, но… правильно.

— Рад это слышать, — Гилберт улыбнулся. — Ты заслуживаешь счастья. И я рад, что рядом есть люди, которые это понимают.

— Мы все заслуживаем, — мягко сказала Элиана. — И я рада, что ты тоже нашёл своё место здесь.

Гилберт кивнул, и они вернулись к проверке тетрадей, но в воздухе повисло что-то новое — не просто дружба, а глубокое взаимопонимание, рождённое временем и общими переживаниями.

***

Гилберт вышел из учебных покоев в приподнятом настроении — разговор с Элианой согревал душу. Он шёл по коридору, машинально перебирая в кармане сложенное письмо. Это было короткое послание от брата Элианы — тот писал, что скоро навестит сестру, и просил передать, что скучает. Ещё вчера Гилберт заметил, как Элиана невольно вздрагивает, когда к ней подходит дежурный курьер с очередной стопкой писем. Он знал: официальная почта замка тщательно проверяется старшим камергером — тот считал своим долгом “фильтровать” корреспонденцию, чтобы “не тревожить миледи пустяками”. Несколько раз Элиана получала письма с помятыми краями и едва заметными следами воска на печати — кто-то явно вскрывал их прежде, чем они попадали к адресату.

“Она заслуживает получить весточку от брата без чужих глаз”, — подумал Гилберт.

Он пообещал доставить письмо лично, минуя официальную почту замка: он знал, что та проверяется, а в письме брат упоминал кое-что личное — свои планы приехать неожиданно, чтобы сделать Элиане сюрприз.

У боковой двери, ведущей к кухонному двору, Гилберт замедлил шаг. Здесь было меньше стражи, и он надеялся незаметно передать письмо служанке Марте — та часто общалась с Элианой и могла передать послание незаметно. Он огляделся: стражников поблизости не было.

— Марта! — тихо окликнул он, заметив фигуру в тёмном платье у колодца. — Марта, подождите!

Служанка обернулась, и Гилберт поспешил к ней, доставая из кармана сложенный лист.

— Пожалуйста, передайте это миледи Элиане. Очень прошу, незаметно…

Но не успел он договорить, как из-за угла вышли двое стражников в тёмно-синих мундирах с гербом замка. Впереди шёл сержант Борвик — коренастый мужчина с жёсткими усами и шрамом над левой бровью. За ним следовал молодой Рейф, едва ли старше Гилберта, но уже перенявший от старшего привычку хмурить брови при виде “простолюдинов”. Борвик грубо схватил Гилберта за плечо.

— Что тут происходит? — рявкнул он. — Опять ты, конюх? Почему слоняешься у стен замка?

— Я… я просто хотел передать письмо миледи, — Гилберт попытался отстраниться, но хватка стражника была железной.

— Письмо? Через служанку? — второй стражник, помоложе, насмешливо хмыкнул. — Думаешь, мы тут не знаем, какие письма ты носишь? Может, там заговор против лорда?

— Да нет же! — Гилберт вспыхнул. — Это от её брата! Просто весточка…

Старший стражник резко дёрнул его к себе: