Элиана разрыдалась: о таком она никогда не мечтала. Резко убрав его руку со своего тела, она судорожно вскочила, спешно подобрала свою одежду и ринулась прочь из кабинета.

Дверь за ней закрылась. Виктор остался лежать голый один в полутёмной комнате, глядя на пляшущие языки пламени в камине. Он сжал кулаки, потом резко выдохнул, встал и подошёл к окну. Ночь окутала сад, скрыв от глаз даже очертания клумб с розами.

“Что я делаю? — подумал он. — Она доверяет мне. Она учится, старается… А я…”

В памяти всплыл её взгляд — не возмущённый, не обиженный, а просто испуганный. И этот испуг был хуже любой открытой ненависти. Лорд сжал край подоконника.

— Чёрт возьми, — пробормотал он, ударив кулаком по раме. — Как я мог?

Он вернулся к столу, машинально переложил книги, провёл рукой по обложке учебника по этикету.

— Она ведь совсем ребёнок, — прошептал он. — И я обещал защитить её…

И в этот миг он осознал ещё одну вещь: его вспышка была не просто проявлением раздражения. Давление короля, требования двора, тревога за будущее замка — всё это копилось неделями, и сегодня прорвалось через тонкую грань самоконтроля. Но это не оправдывало его поступка. Он нарушил не только правила приличия, но и собственный кодекс чести.

***

Тем временем Элиана шла по тёмному коридору, стараясь унять дрожь. В груди клубились противоречивые чувства: страх, растерянность, и где-то глубоко — странное, пугающее тепло, которое оставил он своими поцелуями. Она прижала ладонь к губам, словно пытаясь стереть ощущение, но оно не исчезало. Она провела руками по своей фигуре, словно стараясь стереть тот позор, что ей пришлось пережить. Ноги заплетались. Она то и дело падала, но поднималась, идя дальше и одной рукой опираясь в стену. У своей двери она остановилась, подняла глаза к потолку.

“Это ничего не меняет, — твёрдо сказала она себе. — Я здесь, чтобы учиться. Чтобы стать лучше. Чтобы однажды вернуться домой…”

Но когда она вошла в комнату и закрыла за собой дверь, силы вдруг оставили её. Ноги подкосились, и она опустилась на пол у порога, закрыв лицо руками. Слёзы хлынули потоком — тихие, горькие, долго сдерживаемые. Спустя несколько минут в коридоре послышались шаги. Дверь тихо приоткрылась, и на пороге появилась Маргарет. При виде Элианы, сидящей на полу в слезах, в потрeпанном платье, женщина ахнула и тут же бросилась к ней.

— Милая, что случилось? — Маргарет опустилась рядом, осторожно обняла её за плечи.

Элиана не смогла ответить — только всхлипнула сильнее, уткнувшись в плечо женщины. Маргарет молча погладила её по волосам и заметила кровь на ногах девушки, потом поднялась, быстро подошла к умывальнику, налила тёплой воды в таз, смочила полотенце. Вернувшись к Элиане, она мягко приподняла её подбородок и начала аккуратно протирать заплаканное лицо. Потом она стёрла кровавые следы с еe ног.

— Вот так, милая, успокойся. Дыши глубже. Всё пройдёт. Ты сильнее, чем кажешься. Помни о брате — он ждёт тебя сильной. Он верит в тебя.

Элиана подняла на неё покрасневшие глаза.

— Я… я не знаю, что делать, Маргарет…

— Сейчас ты сделаешь вот что, — мягко сказала женщина. — Умоешься, выпьешь горячего травяного чая, который я сейчас принесу, и ляжешь спать. А завтра будет новый день. И ты встретишь его с ясной головой и твёрдым сердцем. — Она помогла Элиане подняться, подвела к умывальнику. — Смотри на себя, девочка, — сказала Маргарет, держа её за плечи и глядя в зеркало. — Видишь эту девушку? Она храбрая. Она умная. Она справится со всем, что уготовила ей судьба.

Элиана глубоко вздохнула, кивнула и умылась. Тёплая вода немного успокоила её, смыла следы слёз. Маргарет накинула ей на плечи шаль и повела к кровати. Элиана села на край постели, чувствуя, как холодный озноб бьёт её тело, несмотря на тёплую шаль. Образ того, что она увидела под сорочкой Виктора — эту объёмную женскую грудь второго размера, перетянутую тканью, плоский, подтянутый живот и пугающее присутствие привычного мужского детородного органа — стоял перед глазами.

Её разум отказывался принимать увиденное.

— Маргарет, — прошептала Элиана, когда женщина подала ей чашку с отваром. — Он… он не такой. Там, под одеждой… я видела черты, которые не принадлежат мужчине. Его тело словно соткано из противоречий. Оно изящное, слишком гладкое, почти женственное в своём совершенстве, но при этом… чужое. Кто он? Почему он скрывает, что он наполовину женщина?

Маргарет тяжело вздохнула и присела на край кровати, глядя на мерцающее пламя свечи.

— Ты увидела истину, которую лорд прячет под маской совершенства, — тихим голосом начала она. — Виктор — человек в нашем понимании, Элиана. В его жилах течёт обычная кровь, но его пол — лишь условная форма, текучая, как вода. В нём уживаются две природы. Он — гермафродит, полу—женщина и полу—мужчина.