Услышав это, я стиснула зубы.

– Знаешь, для того, кто утверждает, что не заинтересован в моей защите, ты ужасно заботливый .

– Что заставляет тебя думать, что это имеет какое-то отношение к твоей защите?

– Тогда почему еще тебя волнует, уйду ли я или получу предложение от других мужчин?

Вместо ответа он уставился на меня, мускул на его челюсти задергался, что сказало мне, что я снова нажала на горячую кнопку.

– Я представляю, что это будет похоже на выпускной. Ты притворяешься моим кавалером, а потом можешь выставить меня за дверь ради своих друзей .

Возможно, в тот раз я была слишком близко к дому.

Его брови сошлись в напряженную гримасу.

– Кто-то бросил тебя?

– Этот парень был придурком. Я знала, что он не был заинтересован в том, чтобы идти со мной .

Он расправил плечи, и его рука сжалась в кулак.
– Кто он такой?

– Это было в старших классах. Какое мне дело? Я не видела его почти десять лет.
– Наклонив голову, я провела языком по задним зубам, удерживая улыбку.
– Ты защищаешь меня .

С усмешкой он отвернулся от меня.

– Как будто мне есть дело до какого-то ничтожного человека .

– В ту ночь он ночевал в номере мотеля с другой девушкой. Бросил меня на танцах. Тете Нелл пришлось заехать за мной. И поверь мне, не было ничего более унизительного, чем появление тети Нелл в халате, угрожающей вышибить дух из моего кавалера .

Он усмехнулся над этим.

– Я бы убил его .

Он не потрудился взглянуть на меня, все еще глядя в окно.

– Убил его за то, что он бросил меня?

– Нет. За то, что вообще спросил тебя .

Я уставилась на него в ответ, карета внезапно стала слишком маленькой. Мое платье было слишком тесным и горячим для тепла, которое окутало меня.

– Вы - сплошная загадка, мистер Ван Круа .

Его пристальный взгляд вернулся ко мне, пожирая меня одним взглядом.

– А вы досадная помеха, мисс Рейвеншоу .

3 9

ЛЮСТИНА

– В этот день я и любовь нашего Святого Отца обращаемся к вам, добрые люди, с большой настойчивостью. Молодой человек пропал без вести, и его мать боится, что с ним могло случиться.

Епископ Венейбл стоял за кафедрой во дворе монастыря, где собралась толпа. Пальцы обхватили край резного дерева, он говорил с жаром, его глаза, казалось, были устремлены на Люстину. Он уже провел с ней дни инквизиции в поисках Драйстана, во время которых она держала язык за зубами, даже когда он применял небольшие наказания.

– Я верю, что среди нас есть убийца .

Толпа ахнула от его обвинения, и он поднял руку, чтобы успокоить их.

– Тот, кто стоит лицом к лицу с судом нашего праведного Святого Отца, чтобы он, или она, не набрался смелости выйти вперед и признаться в местонахождении молодого Драйстана. Его мать, как милостивый и благочестивый пример нашего милосердного Господа, попросила, чтобы не было наказания для того, кто разглашает состояние мальчика. Я клянусь, что исповедники будут защищены, их достоинство будет поддержано .

– А как насчет награды?
– крикнул кто-то из толпы позади Люстины.

Глаза епископа горели злобой.

– Просит ли Господь награды, когда Он дарует милость твоей душе?

– Я предложу награду.- Лорд Прецепсия выступил вперед и повернулся лицом к толпе.
– Для всех, у кого есть информация

это может помочь в задержании преступника .

Люстина проследила за взглядом старшего Ван Круа туда, где барон стоял рядом с ним, его лицо было холодным, лишенным эмоций.

После того, как она покинула подземелье, услышав крики, Люстина наблюдала, но ни барон, ни Драйстан так и не появились.

Всего несколько дней спустя она заставила себя исследовать ту ужасную комнату, где она боялась того, что все еще находилось в ее стенах, но там не было никаких признаков Драйстана. Ни единого намека на то, что он когда-либо был ранен.

Открытие, которое поставило ее в такое же замешательство, как и епископа.

– Ведьмино отродье!

Другой голос из толпы прервал размышления Люстины, и она обернулась, чтобы увидеть пожилую женщину с красным от презрения лицом, указывающую на нее.

– Только она могла совершить такое так, чтобы никто этого не увидел!

Несколько звуков согласия от других послали волну паники по девушке, и она перевела взгляд на епископа.

Высоко подняв подбородок, он уставился на нее свысока, его губы подергивались от того, что она расценила как чистое высокомерие.

– Я могу заверить вас, я приложил все усилия, чтобы раскрыть правду. Ее темная и обманчивая природа не может соперничать со славой и неизмеримым светом нашего Святого Отца. Однако, если будет доказано, что она вводит нас в заблуждение, она будет страдать от невообразимых последствий .