— За Порядок, — поднимая кулак, сказал Всеволод и, влекомый дроном, взмыл в воздух.

— За янтарную длань! — хором откликнулись зеки.

Все глядели, как глаз и ухо Строгого Порядка удаляется в сторону гигантского янтарного гриба.

Словно ангцы за пастырем, симбионты и люди потянулись за Вованом в актовый зал, где в прежние времена по вечерам крутили мирские новости в записях, а по выходным и праздникам — кино морально-нравственного содержания, в основном полувековой свежести. Но скука — не тётка, кочергой не укокошишь, потому смотрели всякое. Теперь, понятное дело, новостей не поступало даже в записи, показывали одну художку из старых запасов, впрочем, копатель обещал подкинуть флешку с кинотекой.

Вован сел в первом ряду, вокруг него — причастники, затем — обычный люд из приближённых, согласно новым кастам, а уж позади теснились остальные обитатели лагеря в разной степени тревожности. Воняло немытыми чертями, зал угрюмо перешептывался. Светила начал транслировать видео из наручного компа, куда поступал непрерывный сигнал от камеры на шныре.

— Чуть левее голову, — сказал Светила в микрофон передатчика, и шнырь послушно повернул камеру, во всей красе показывая гигантский янтарный гриб.

Будь он обычным, ядерным — давно бы взлетел в атмосферу и рассеялся радиоактивным облаком на розе ветров, но этот был особенным, вот и застыл как вкопанный во всём своём ужасном великолепии. Воплотилась в нём неземная красота, сила и великая мощь, даже от экрана на стене, казалось, потрескивало, как от счётчика радиации, а может, это причастники фонили на нервах. Вокруг гриба парили невнятные яркие точки, издали напоминавшие ночную мошкару.

— Оно трещит и гудит, — сквозь шум сказал Чушпан приглушённо. — Воет хуже нуль-соленоида на полном заряду. Зубы сводит.

— Ближе подлетай, — велел Полпорядка в микрофон. — Заткни пальцем людское ухо, слушай янтарным.

Изображение с царственным грибом вздрогнуло, словно шнырь сдвинул каску, к которой крепилась камера, и Чушпан забормотал:

— Вернулось, неполный Порядок. Новые формы жизни нуждаются в исправлении, мир нуждается, мы есть ПРАВИЛО…

— Это я и без тебя знаю, — с нетерпением сказал Вован себе под нос.

— Страж есть плоть Порядка. Больше Плоти — больше Порядка… — шнырь продолжал гнусавить подслушанные слова, — Плоть зарастит сломанную границу, но прежде исправит Беспорядок за её пределами. Поиск пути — часть пути.

— Оно что, пытается пробиться на Землю? — высоким голосом спросил кто-то из зала, на него шикнули, и человек затих.

— Единая пло… — сказал ещё шнырь, и звук оборвался.

Больше ничего Всеволод в своей никчёмной жизни не произнёс. К нему приблизилось янтарное насекомое, на глазах вырастая в невиданного монстра с людской головой и лапами богомола. Удар обрушился на дрон, и картинка завертелась, падая.

— Конец Чушпану, — вздохнул кто-то. — За Порядок погиб.

— За Правило, — ответили голоса.

Камера какое-то время болталась, криво летя в сторону янтарного чудовища, пока не застряла, кажется, в ветвях. Гриб приблизился вплотную. Шляпка его, твёрдая и кристаллизованная, покоилась на полужидкой ножке, ползущей по земле потоком янтарной плазмы. Вдруг из-под шляпки в сторону камеры выстрелило щупальце. Приблизилось, мерцая разрядами плазмы, накрыло объектив, и картинка потонула в янтаре.

— Вот блядство! — нервно воскликнул Светила. — У меня ещё есть камера. Сейчас…

Он забегал пальцами в компе, выбирая какие-то функции и, наконец, смог переподключиться. Когда видео появилось снова, с высоты дрона заключённые увидели, что плазма неторопливым потоком течёт в сторону лагеря, точнее — Строгого Порядка.

Поднялся гвалт и шухер, в задних рядах послышалась возня и шум начинающейся потасовки. Простые каторжане, сидевшие поближе, обступили Вована с подручными.

— Мне полгода мотать осталось! — истерически вопил один.

— Смотрящий, открывай нулёвку! — кричал другой. — В нормальной зоне досижу!

— Чё за расклады, какой же это порядок?! Это вышак нам всем не по понятиям маячит! Я же просто шапки крал! — заламывал руки третий. — За что?!

— А я здесь по навету! Оболгали!

— Ша! — гаркнул Вован. — Порядок защитит всех, за кого в ответе.

— Как защитит?! — тыча пальцами в экран, истерили каторжане. — Гляди, какая прёт елдень!

Вован прищурился янтарным глазом и веско произнёс:

— А послушаем, что скажет наш уважаемый Светила с Нижнетагильского нульбурового технического института.

Все заткнулись, только в задних рядах продолжался вялый махач.

— Есть идея, — вставая, произнёс физик. — Я так янтарь фальшивый готовил. Из двух бракованных нуль-буров собрал точковыворачиватель.

— Что это? — спросил Вован.